Книга ( Не )фиктивная жена для миллионера, страница 98 – Анна Жукова

Акулов, не отрываясь, смотрел на меня, буравя взглядом. Гад! Изувер!

— Боюсь, что моих умений не хватит, — я криво улыбнулась, едва сдерживаясь.

— Реконструируй. Что, к примеру, тебе нравится? — невозмутимо поднял бровь.

— Венеция, — ответила я.

— Ну вот. Маски, атмосфера бала…

Я его перебила:

— Европа после бубонной чумы, — проследила за тем, что Акулов чуть не поперхнулся слюной, выкатив на меня свои невозможно красивые глаза, глаза циника.

— Ну ладно. Просто супер! Будет необычно. За это я плачу отдельно, — добавил после того, как справился с лёгким замешательством.

Я встала. Слишком резко для абсолютно равнодушного человека.

Босс поднял на меня свой взгляд. Он не издевался. В его взоре не было ничего, чтобы могло обидеть меня. Он чего-то ждал от меня. Неужели только согласие организовать этот грёбаный вечер?!

— Конечно. Я всё организую, — ровно проговорила я и спокойно вышла из кабинета босса, даже не заметив солёной влаги на щеках.

Три дня спустя

От лица Кати

— Как не терпится, — я кусала от досады губы, они болели, но я продолжала и продолжала, пробежав взглядом по списку и ставя возле каждого пункта галочку, — быстро… быстро ему сделай вечеринку, невеста эта ещё красивая…

Затем взглянула в зал и, несмотря на убийственное настроение, удовлетворённо всё осмотрела. Внутри злобно похихикала. Чума в Венеции, чёрные шторы, блюда и бокалы в виде черепов… И самое удивительное во всём этом то, что этим богатым извращенцам понравится.

Всё было готово. Идеально.

Гости стали пребывать. Я заметила Соболева. Дядю и тётю Акулова. И Эллу Нахалимову в окружении многочисленной охраны и родственников.

До её появления мне казалось, что я сплю, хотелось уже, чтобы меня кто-то разбудил со словами: это просто дурной сон. Но только сейчас я проснулась. Сама. И стало больно. Очень.

Босс велел остаться на празднике. Я и виду не подала, как мне хреново. И мне даже показалось, что босс приуныл. Наверное, не увидел мои слёзы, не насладился моими переживаниями. Ни за что не покажу! Он знает о моих чувствах, знает и издевается.

Акулов — человек дела, вот и молчит, зато показал мне всё и этой вечеринкой хочет поставить окончательную точку.

Я взяла такси и уехала в его дом. Хочу разбомбить его. Уделать тут всё. Я этого желала так сильно, что аж зудели ладошки. Внутри всё пылало от горечи, даже физически больно.

В верхнем ящике на кухне я нашла открытую бутылку виски.

От лица Миши

Я глазами поискал Катю. Но не увидел и стал заметно нервничать.

Поприветствовал дядю и тётю. Затем — Эллу, подошедшую ко мне.

— Я тебя поздравляю, Акулов, — она подняла брови, — девочка — огонь!

— Ты вся сияешь.

— Берёшь весь огонь на себя? — спросила она.

— Не привыкать, — одёрнул смокинг, — не забудь притвориться, что возмущена до глубины души, — я добродушно улыбнулся.

Девушка расхохоталась.

— Обещаю, я буду рыдать. Громко. На груди у своего парня, — она подмигнула мне и села на столик вместе со своей семьёй.

Всё было готово. Играла лёгкая музыка, гости наслаждались выпивкой и закусками. Их не смущал антураж, они его жаждали. Ведущий развлекал гостей.

Но Катя так и не появилась в зале. Я остановил мимо бежавшего Виталю, пытавшегося втолковать официанту, чем антрацитовый цвет отличается от обсидианового.