Книга ( Не )фиктивная жена для миллионера, страница 44 – Анна Жукова

Я подмигнул ей, и мы вышли в коридор.

Завтрашний день

От лица Кати

— Шибари, Михаил Александрович.

Акулов поднял бровь.

— Вы не знаете, что это такое? — решила уточнить я.

— А ты, значит, знаешь?

— Да, я изучала этот вопрос, — его взгляд стал пронизывающим, а я покраснела, — я к тому, что… Не то, чтобы изучала прям изучала, — а увидев его широкую насмехающуюся улыбку, пробурчала, — сейчас изучила. Как знала, что вашим клиентам-извра… Клиентам это будет интересно. Наши танцоры будут связаны по-японски.

— Вот, Волкова, ты правильно начала мыслить. Главное то, чем можно заинтересовать клиентов, — Акулов встал, взял верёвку в свои широкие ладони и подошёл ко мне, — покажи мне.

От лица Кати

— Показать, что? — я смотрела на Акулова сверху вниз.

Он протянул мне верёвку. Я не знаю, что хотела услышать. Но босс смотрел на меня так, словно бросал вызов. Я сжала губы, пытаясь не смущаться. Я не могла не смущаться, чувствуя, что краска заливает моё лицо. Я буду касаться его. Впервые после…

Он поднял бровь, когда я слегка подрагивающими пальцами попыталась накинуть на него верёвку.

— Волкова, я не собираюсь вешаться, по крайней мере, в ближайшее время, — Акулов вовсю потешался надо мной, — покажи, как вязать узел.

Я едва справлялась, но всё-таки воссоздала по памяти то, что читала сегодня.

— Это морские узлы, — сообразил босс.

— Приходилось вязать? — поинтересовалась.

— Угу, — затем, взглянув на меня, улыбнулся, — не то, о чём ты подумала, Волкова.

— Я… ничего и не подумала, — в голове сразу вырисовалась пошлая сцена.

— Армия, Волкова, а вернее, морской флот, — пояснил мужчина, крутя в руках верёвку.

— Не думала, что вы… — была изумлена.

— Думала, что купил военный билет? — босс вновь усмехнулся, затем прищурился и спросил, — ответь мне на три вопроса, Волкова, — приблизился так, что у меня резко перехватило дыхание.

— К-каких?

— Как я могу понять следующие три вещи? Первое, что тебе хорошо. Второе, что тебе плохо. Третье, что меня может остановить.

Сказать, что я охренела, значит, ничего не сказать. Акулов не шутил. Я смотрела в его обычно холодные карие глаза, которые теперь потеплели, зрачок растёкся на радужку, и взгляд потемнел. Боялась ли я? Нет. Я предвкушала? Да. Хотела ли раскрыться? Да, я желала, но не доверяла ему. Не доверяла, но всё же ответила.

— Вы знаете, когда мне хорошо, — прошептала я и даже не покраснела, мне даже показалось, что смутился он.

Возможно ли такое?

— Раз, — в мужском голосе появилась бархатистость, он не трогал меня, но мне казалось, что его руки везде.

— Я буду страдать.

Он поднял бровь и кивнул, принимая это условие.

— Два.

— Я говорю нет, и это больше ничего не означает, кроме нет, — мой голос задрожал, а Михаил одобрительно кивнул.

— Три.

И босс накинул верёвку на мои бёдра.

— Ч-что вы делаете? — спросила я, но не сдвинулась с места, мне стало любопытно.

— А ты как думаешь? — ответил вопросом на вопрос и ловко начал плести узлы.

Он не касался меня, за него это делал узел в межножье. Акулов взглянул мне в глаза, затем на губы. Но я молчала.

Акулов не отрывая от меня своего тёмного взгляда, слегка натянул верёвку, и она впилась между моих ног, надавив на чувствительное место, мне пришлось зажать ноги.

— Не надо, — приказал он, а прозвучало это как просьба.