Книга Подмена: тёмный близнец мужа, страница 42 – Анна Жукова

Кажется, в этот момент я будто схожу с ума. Я бегу в кабинет и отодвигаю ящик. Беру пистолет и возвращаюсь в холл.

Без раздумий я стреляю. Раздаётся звук выстрела, а затем стук об пол упавшего тела. Меня мутит, перед глазами всё белеет. Перед тем как мне упасть в обморок, я вижу склонённое ко мне лицо одного из близнецов.

Спустя некоторое время

Передо мной беспокойная водная гладь Бискайского залива. День жаркий, а это ещё даже не полдень. Солнце настолько горячее, что я охватываю руками плечи, ощущая ладонями сильно разгорячённую кожу. Ветер нещадно треплет полы чёрного платья. Очень хочется ополоснуть босые ноги, но я едва сдерживаюсь от порыва.

Сердце рвётся от тоски по родному дому и родителям. Но все пути отрезаны.

— И что здесь делает такая красотка? Местные мужчины настолько горячи, чтоб как бы мне не пришлось тебя отбивать, — слышу за спиной хриплый баритон.

Украдкой, скоро утираю выступившие слёзы и поворачиваюсь.

— Слава… — улыбаюсь от уха до уха.

Орлов подходит ближе и, прижимаясь плотное, слегка касается моих губ своими, сжимает талию.

— Я серьёзно. Никаких садовников и водителей, — говорит, а у самого губы дрожат, того гляди и захохочет, а я люблю его смех, до сих пор мальчишечий, несмотря на то, что ему удалось преодолеть.

— Вспомни я недавно сама ходила по винограду, — усмехаюсь я.

Он недовольно цокает языком, теперь уже не играя.

— Габриэла жаловалась на тебя, ты совсем не слушаешь рекомендации врачей, — Слава отодвигается от меня, с удовольствием поглаживая мой сильно округлившийся животик.

— Если слушать твою Габриэлу, Слав, то я и под венец должна была не идти, она называет меня la puta, за глаза, — я начинаю смеяться, запрокидывая голову назад, а потом давясь словами, завершаю, — я знаю значение этого слова.

Слава становится серьёзным и придвигает меня к себе, пользуясь тем, что шея открыта, начинает целовать, так что я мгновенно покрываюсь мурашками.

— Габриела любит тебя, многие вещи делает, которые не должна за свою зарплату… Mi puta, la bella, — шепчет он и в его голосе появляется щекочущее возбуждение? — Хочешь уволь её?

— Нет, мне плевать, что она думает обо мне. Но мне кажется, что ещё чуть-чуть и нам придётся отложить церемонию, — предупреждаю я, а сама льну к нему как мартовская кошка.

Слава тяжело вздыхая всё же отодвигается от меня и наши лбы соприкасаются. Мы пытаемся успокоить наши дыхания.

— Даже не думай, — предупреждающе произносит Слава, — никаких откладываний. Я хочу сегодня же сделать тебя своей. Окольцевать. Официальный документ, чтобы был где чёрным по белому было означено, что тыМОЯ.

— Я и так твоя, — шепчу я.

— Блять… Настя, когда ты так говоришь… — его губы вновь целуют мои.

— И вправду церемония не состоится… — меня начинает разбирать смех.

Он отодвигается от меня и как будто взвешивает на внутренних весах как же ему поступить.

— Нет. Вначале церемония, а затем… — он игриво передёргивает бровями.

— Потом нам с малышом надо будет бай, — глажу животик, кидая взгляд вначале на него, затем перевожу его на Славу, — но мы знаем, как ублажить нашего папочку… — пришла моя очередь играть бровями.

— Охренеть… — произносит Слава, затем смотрит на часы, — пошла, красотка.

Он предлагает мне ладонь и я вкладываю свою в его, он тут же крепко сжимает её. Мы взбираемся по склону и вскоре приходим в огромный дом, который для меня купил Слава. В классическом стиле, месяц шёл ремонт и он пригоден к житью в нём. Дальше больше, бывшая хозяйка напросилась в экономке и я оценила её помощь. Правда, она была той ещё врединой, но работу свою выполняла на все сто двадцать процентов.