Книга Догонялки. В постель к незнакомцу, страница 118 – Аврора Давыдова

Дмитрий

Вваливаемся в кабинет начбеза без стука, я предусмотрительно вхожу за генеральным, чтоб не отхватить у новоиспечённого папаши. Картина маслом, он спит. Откинувшись в своём кресле, запрокинув голову, раскрыв рот, похрапывает на весь кабинет.

— Харе на посту морду плющить! — громко оповещает наше прибытие Роман Юрьевич.

Ник стремясь быстро вскочить, падает, материться, стонет, пытаясь встать. Получается так себе, он до сих пор ходит с палочкой. Наконец, заняв вертикальное положение, кроет трехэтажным нас с Ромкой.

— Вы Аху*, я полночи не спал, давая Леськи хоть немного отдохнуть.

— Что, Глеб Никитич даёт вам просраться. Правильно говорят, любите своих крестников они за вас отомстят.

— Так про внуков говорят вообще-то. — поправляю будущего крестного.

— Ты мне ещё поспорь, вот твой родиться и отомстит за дядю.

— Бухнуть хочу жуть. — Никита ковыляет к нам и плюхается на диван, растирая свою уставшую ногу.

— Могу предложить только кофе. — глумится над другом Ромка.

— Сам его пей, во мне и так с утра уже три чашки. Вы чего припёрлись-то?

— Да так, реши узнать какие у нас планы на майские. — оглашая цель нашего визита.

— Найти няню и отоспаться пару дней. — Ник прикрывает глаза.

— А мы хотели позвать вас загород, пока моя Лиса не родила. Нас много, за вашим мелким присмотрим, Лиска, возьмет своих подруг, чем вам не няньки.

— Я тоже хочу позвать Соньку. — возмущается Ромыч.

— Кто тебе не даёт, зови.

— Ну очень заманчивая идея. — выносит вердикт Ник. — Я поговорю с Олесей.

— Димыч, ты, когда жениться собираешься. Кольцо месяц назад купил, вам до родов уже всего ничего. Смотри мне, я в июле, умотаю, недели на две, три, ты за главного.

— Я не сделал ей предложения, — признаюсь в свое нерешительности.

— Как Алиска тебя терпит. — закатывает глаза друг, Ник тихонько посмеивается.

— Ты знаешь дорогой Ромочка, вот когда тебя накроет, как меня или как Ника, мы на тебя посмотрим. Она ревёт всё время, если ей хорошо, если плохо, если грустно или весело. У Лисы в голове постоянно рождаются какие-то загоны. Я назвал её Алисой, она в слёзы, я никогда не называл её по имени, только Лисичка, я хочу её бросить.

— Это гормоны. — со знанием дело говорит Ник.

— И вот представь, делаю я ей предложение, а она рыдает, считая, что я её не люблю, а женюсь только из-за беременности.

— А потом из-за ребёнка, потом из-за второго, и так далее по кругу.

— Не надо, ладно. Очень надеюсь, что с родами это всё пройдёт. Хотя… — делюсь с друзьями самой сокровенной мыслью, которая не даёт мне покоя, по мере того как приближается срок родов. — Лисичка такая милая, такая кругленькая, я бы делал её беременной каждый год.

Никита давится, откашливаясь.

— Да ты не представляешь, что такое дети, какой каждый год. В ближайшие пять лет точно больше никаких детей.

Мой телефон взрывается входящем звонком, на загоревшемся экране улыбающееся личико мой Лисички.

— Дима, ты где? — нескрываемое недовольство в голосе.

— На работе, Лисёнок, где ж мне ещё быть.

— Тебя нет в офисе, а ты не говорил что собираешься на какие-то там встречи. — ревнивые нотки всё больше скользят в каждом слове мой женщины.

— Я в офисе Лисичка, клянусь — посмеиваюсь, но стараюсь держаться уверенно, чтобы не вызвать очередной армагеддон.