Книга Помни об этом, страница 90 – Виктория Королёва

Мне так плохо… так плохо, слышишь?

Тянусь целовать, предварительно глаза закрыв. Я хочу еще ближе быть, раствориться, любить просто.

— Малыш… – шепчет ласково.

Поцелуй тягучий и сладкий. Языки сплетаются медленно, наслаждаюсь каждым касанием. Руками сама вожу, по затылку, плечам, груди. Это всё очень нежно, о любви громко и скованно одновременно.

Он меня собой жжёт. Обдаёт дурманом, пьянею в ту же секунду. Но жадной быть не хочу, хочу чувственно на максимум. Если ни так, то душа уже сейчас разорвётся.

Губы от губ отрывает чтобы по шее, ключицам пройтись, ласкаю в ответ. Вид открывается красивый, мы в отражении сплетены. Это тоже красиво. У меня такое безумие на разрыв в голове, кто бы знал… Подхватывает, столбиком к кровати несёт, я в глаза смотрю. Я люблю его.

Сажает на край, распутывает кокон, губами прижимается к животу предварительно обдав восхищенным взглядом, когда я чуть назад отползаю. Нежный-нежный поцелуй чуть выше пупка. Такой ласковый, плакать хочется какой он сейчас. Руки большие и горячие по прохладному телу, на контрасте каждый выдох. Страсть – это вспышка, у нас желание как кисель. Обволакивающее, вязкое, тягучее.

Наверное, я никогда не осознаю до конца, как именно он смотрит, как любуется мною. Сейчас любуется, а потом? Что потом будет в глубине чёрных глаз? Будешь призирать меня Игнат? Будешь или нет? Хочу знать и не знать одновременно.

Стаскиваю майку с него, веду пальцами по груди, тоже губы прижимаю к шее. Шумно дышит, терпение теряя, движения резкие становятся, огненные вспышки летят. Мне эгоистично тормознуть хочется, замедлить, растянуть максимально. Ловлю, когда выпрямляется, оставаясь на коленях между моих ног, хочет шорты снять с боксёрами. Не пускаю, ногами обхватываю, сажусь ближе. Мне нравится, как он пахнет, пусть и в душе не был, но всё равно его запах остался. Вперемешку с гарью от костра, он ярче становится. Запах тягучий, сильный, дерзкий. Всё смешивает в котловане. Надежду, страсть, любовь, нежность, ощущение предательства, боль.

Целую кубики на прессе, он в мои волосы руку запускает, массирует кожу на затылке следом шею, мурашки бегут. Губами веду, верхней скольжу бесстыдно, чуть прихватывая зубами, снова целую, зализываю, снова покусываю.

Желание кожу колоть начинает, когда взгляд поднимаю. Игнат подбородок цепляет, смотрит абсолютно задуманным страстью взглядом, по губе нижней ведёт. Я рот чуть открываю, он по фалангу вводит, обхватываю, языком касаюсь нежно. И всё это делаю пока смотрю в бездонную черноту. Имитирую минет. Он не настаивал, я не смогла сама решиться. Воспитание так или иначе даёт о себе знать.

— Блять… – шипит севшим голосом.

Опрокидывает на спину, сверху ложится придавливая собой. Голой грудью касаюсь разгорячённого тела. Соски острые, болезненные, но мне поцелуев хочется в губы. И меня топит, так сильно топит в нём. Волосы с лица убирает, смотрит, изучает, любуется. Сердечко болезненно сжимается. Я тоже безумно нежно по лопаткам вожу вверх, потом вниз.

Ласкаем друг друга плотно сплетаясь. Я всю себя отдаю, ни порывисто как раньше случалось, а тягуче медленно. Он перестраивается, словно мысли мои читает. Никуда не спешим. Игнат скорее всего думает, что это порыв такой или бзик, я же наверняка знаю для чего это всё. Ловлю и оставляю в памяти эти моменты. Моменты наполненные лишь нами двумя.