Книга Второй шанс для Фина, страница 64 – Екатерина Аверина

— Я верю, Тём, – от такого обращения мужчина неожиданно вздрагивает, а Рома почему-то улыбается. – Мне больше некому…

Перестраиваю свои планы под просьбу Яры. Если женщина просит сама, значит я точно нужен и не имею права отказать. Тем более в таком интимном вопросе. Это охренеть какая высокая степень доверия на самом деле. И называет она меня теперь только по имени. Слух постоянно режет с непривычки и внутри что-то взрывается каждый раз от её «Тёма». Секс, не иначе. Особенно на фоне нашего поцелуя.

Поздно уже. Мне ни хрена не спится. Накинув куртку на плечи, влезаю в уличные шлёпанцы и выхожу во двор. Сажусь на ступеньки, разминаю в пальцах сигарету. Табаком пахнет и свежестью. Провожу сигаретой под носом. И курить не сказать, что хочется. Просто занять себя чем-то надо. Чиркаю зажигалкой. Вдох. Выдох. Густое облако дыма вместе с паром зависает в воздухе и распадается рваными белёсыми лоскутами.

За спиной, скрипнув петлями, открывается дверь и закрывается с тихим хлопком. Пара лёгких, почти неслышных шагов и рядом садится Яра, кутаясь в вязаную кофту. Снимаю с себя куртку, накидываю ей на плечи.

— Ты же замёрзнешь.

— Нет, – выдыхаю новое облако дыма в сторону от неё.

— Такие звёзды тут яркие, – Яра поднимает взгляд к небу. Я за ней.

В городе такого не увидишь. Всё небо усеяно сияющими точками.

— Ты чего не спишь? – спрашиваю у неё.

— Не знаю. Не могу. Веста сегодня плакала и просилась к папе. Она по нему скучает. Я успокоила, что-то наплела опять. Уже и сама не помню, что именно. Как Лев лгал мне семь лет? Это так отвратительно.

— Потерпи ещё немного. У Валентины, первой жены Льва, в Центре есть хорошие детские психологи. Нам… Тебе помогут всё объяснить малышке. Если ты захочешь, конечно.

Неловко вышло. Это для меня уже «нам», а для Яры пока всё немного иначе. Разговор на этом сворачивается. Поднимаю её со ступенек. Приобняв ладонями за плечи, чтобы не свалилась куртка, провожаю в дом. Замечаю, как она украдкой ведёт носом по воротнику, собирая с него мой запах. Незаметно для неё улыбаюсь. Довожу до комнаты потому, что хочется ещё немного побыть рядом.

Ложусь на диван в гостиной и долго кручусь, пытаясь найти позу, в которой меня, наконец, вырубит.

По ощущениям только глаза закрыл. Дёрнуло от топота маленьких ног. Резко открываю глаза. Веста. Стоит прямо напротив меня и молча смотрит.

— Ты чего, маленькая? – хриплю спросонья.

— Я по папе сильно-сильно скучаю. Ты можешь ему сказать, чтобы он за нами приехал?

— Папа очень занят пока. Он не может приехать. Тебе тут не нравится? – сажусь и хлопаю ладонью по дивану рядом с собой.

— Нравится, – забирается ко мне. Опускает голову и рисует пальчиком по своей коленке. – Всё равно домой хочу. И сказку как папа читал.

Маленькая. Грустная такая. Шевелит крохотными пальчиками на босых ступнях и шмыгает носом. Не хочется, чтобы Веста плакала. Достаю телефон из-под подушки. Малышку приподнимаю подмышки и укладываю на своё место. Укрываю и подмигиваю. Она забывает, что собиралась плакать. С интересом смотрит на меня.

Так, сказки я детям ещё не читал и понятия не имею, как это делал её отец. Наверняка для дочки сказки от папы навсегда останутся особенным волшебством. Но я всё же попробую.

Сначала просто читаю, потом немного меняю интонации. Веста улыбается. Высунув руки из-под одеяла, показывает мне большой палец вверх. Ворочается, устраиваясь удобнее. Иногда забавно хихикает над моими попытками изобразить женского персонажа истории. Я и сам над собой ржу втихаря.