Книга Код любви на кофейной гуще, страница 34 – Анна Светлова

А потом в нашей жизни появился Денис Рогозин. Мой университетский товарищ, почти брат. Я сам привёл его в наш дом, сам радовался, что они нашли общий язык. Ника всегда твердила, что я слишком замкнут, что мне нужны друзья.

«КД Дизайн» — наше с Денисом детище. Пять лет без выходных и отпусков. Из маленькой студии выросло престижное архитектурное бюро. Клиенты, контракты, статьи в профессиональных журналах.

Чашка с недопитым кофе стояла на столике — такая же, из которой пила она. Я так и не смог выбросить этот сервиз.

А потом был тот проект. Реконструкция исторического особняка под элитный ресторан. Мой шанс, моя путёвка в высшую лигу. Я растворился в работе, забыв обо всём на свете. Денис отступил в тень: «Это твой звёздный час, Кир. Я займусь текущими делами, а ты работай над проектом». И я был благодарен — за понимание, за возможность полностью погрузиться в работу мечты.

Ника жаловалась всё чаще. Её глаза потускнели, в голосе появились нотки, которых я раньше не слышал.

«Ты совсем забыл обо мне», — говорила она, а я отмахивался: «После этого проекта всё изменится. Обещаю».

Снежинки за окном превратились в метель — белая стена, отрезающая от мира. Как символ той слепоты, что не позволила мне увидеть очевидное.

Презентация проекта была назначена на понедельник. В пятницу я уехал к родителям в пригород — мать болела. Ника осталась дома, сказала, что у неё дедлайн по статье. Я поцеловал её на прощание, пообещав вернуться в воскресенье вечером.

Вернулся раньше — в субботу. С пионами, её любимыми. Вино взял «Шато Марго» 2010 — год нашей встречи. В её любимой французской кондитерской упаковали торт с маракуйей.

«Сюрприз точно удастся», — пробормотал старый пекарь, и я глупо засмеялся. Не знал, что его слова станут эпиграфом к кошмару.

Сюрприз получился. Только не для неё — для меня.

Ключ в замке провернулся с тихим щелчком. Я улыбнулся, представляя её удивление, её радость. Снял ботинки, как всегда — она терпеть не могла уличную грязь на паркете. Аромат жасмина из диффузора смешался с чем-то чужим — древесным одеколоном, который я ненавидел с университетских времён.

В прихожей — мужские туфли. Знакомые до боли. В гостиной — недопитое вино, два бокала. А потом услышал смех. Мужской. И её голос, нежный, интимный, каким она говорила только со мной.

Левая рука сжала пионы так, что стебли захрустели. Правая прижимала коробку с тортом к груди, будто новорождённого. Ноги двигались сами, предательски тихо. Дверь в спальню была приоткрыта ровно настолько, чтобы показать её ногу, обвитую вокруг его спины.

Я стоял, не в силах пошевелиться, не в силах отвести взгляд. Ника и Денис. В нашей постели. В моём доме.

Они заметили меня не сразу. Денис первым — его взгляд метнулся к двери, и тело резко дёрнулось, будто на него пролили кипяток. Ника вскрикнула, цепляясь за простыню.

«Кир... мы...» — её пальцы сжимали ткань так, что костяшки побелели. Денис потянулся за брюками, споткнулся о торшер, и абажур упал с жалким звоном. В этот момент пионы выскользнули из рук, лепестки закружились в падении, как стекляшки из детского калейдоскопа. Торт я почему-то продолжал держать, словно нелепый реквизит в трагикомедии моей жизни.

Метель за окном усилилась, превращая мир в белую пустоту.