Книга Я тебя ненавижу!, страница 13 – Эрика Руч

— Тим, – с сомнением покосился я на друга. – А не слишком ли жестокий розыгрыш?

— Неа, – улыбнулся он. – В самый раз. А теперь топай на почту и срочным письмом отправляй.

А я подумал, подумал и решил, что Алуа не думала о моих чувствах, когда устраивала свой розыгрыш.... Ведь на сто процентов уверен, что звонки с "банков" тоже её рук дело. Ведь не зря, когда я перезванивал натыкался на: "Телефон выключен или находится в не зоны действия сети". Так почему я должен думать о чувствах этой стервы?

Алуа

В воскресенье мне пришло письмо, чему я очень удивилась. Но некому мне письма писать. А когда открыла конверт, то перед глазами заплясали звёздочки. Я не хотела верить тому, что видели мои глаза. А они видели уведомление об отчислении.

За что спрашивается? Успеваемость у меня хорошая, не такая хорошая, как у Стеллы. Но училась я почти на отлично. Ни с кем не ругаюсь, за исключением, конечно, одного наглого белобрысого типа. Но он и не из нашего колледжа. С учителями не препираюсь. Не пью, особенно после того случая в баре. Не курю! Одеваюсь прилично. Не то что та же Зинкова, у которой вообще похоже нет понятия как одеваться в учебное заведение и клуб. И вообще, за что?

Всё воскресенье я была на взводе, а утром в понедельник помчалась в колледж на всех парах. По прибытию на территорию колледжа, я поднялась на административный этаж и прямым ходом отправилась к секретарше.

— Здравствуйте! – постучав, я тихонечко вошла в приёмную.

— Здравствуйте, девушка! – не отрываясь от своих дел, проговорила она. – Вы что-то хотели?

— Д-да, – промямлила я, а после набрала побольше воздуха в лёгкие и протароторила: – Я хотела бы узнать про отчисление!

— Вы хотите уйти из нашего колледжа, – поправив очки, она строго посмотрела на меня. – Тогда по договору…

От такого предположения я ненадолго зависла, а потом, перебивая секретаршу, быстро проговорила:

— Нет-нет, я не хочу уходить. Просто мне вчера пришло уведомление об отчислении. И я хотела бы выяснить этот момент.

— Девушка, – как-то грозно произнесла она. – Что Вы мелите, то хотите уйти, то уведомления. Какое ещё уведомление.

— Вот, – протянула я лист, который искала во время пламенной речи секретаря. Та взяла и, внимательно осмотрев его, задумчиво произнесла:

— Бланк похож на наш, но здесь нет ни печати, да и бумага немного другая. Скорее всего, девушка над Вами кто-то подшутил. Бланк они могли взять и с сайта нашего колледжа. А вот печать так просто не поставишь. Так что идите и учитесь! Никто Вас отчислять не собирался! Я вообще ещё ни одного заявления об отчислении не отправляла с начала учебного года.

— Правда? – не поверила я своему счастью.

— Правда! – вдруг по-доброму улыбнулась секретарша. – Единственное, хочу дать совет: найдите этого шутника и спокойно поговорите с ним.

— Хорошо, – улыбнулась я в ответ, а сама подумала: "Уж я то поговорю! Ещё как поговорю!"

Сомнений не было, что за всем этим стоит Иван. Но вот как ему отомстить? Я поняла одно, что делать что-то глобальное не стоит, а то ответочка тут же прилетит. Но и что делать не знала.

В общем, несколько лет пролетело для нас в вечных подколах и подлянках при встрече. Хорошо, что виделись мы крайне редко, только пять раз в год, на праздниках. А то остались бы без волос и вещей. Потому как с более серьёзных действий мы перешли на детские шалости: жевачка в волосах или на стул; сумка залитая лизуном, потёкшей ручкой или краской, ну, и всё такое в том же духе.