Книга Птенчики для бывшего, страница 25 – Рин Скай

— Подадим заявление в ЗАГС сразу же после праздников! — говорит Паша.

Я такая счастливая, что не передать словами.

— Мамочка, а серьги?

— Давай надевай такие красивые! — настаивают тройняшки.

А я даже украшений никаких не надела, не до них было. Поэтому быстро продеваю бриллиантовое великолепие в мочки ушей.

Девочки ахают.

— Мама, какая ты красавица!

— Мама, ты так и не ответила папе! — замечает Тася.

— Да, Света, отвечай, выйдешь за меня? — продолжает Паша.

Я только хочу набрать воздух для ответа, как меня снова прерывают.

— Отстань от меня, коза! Фу! Фу!

Мы все удивленно переглядываемся. Я вопросительно смотрю на Пашу, а он не менее вопросительно, на меня.

— Тетя Аня⁈ — хором удивляются тройняшки, завидев бывшую Паши на пороге.

М-да, быстро с Аньки лоск слетел. В обычном пуховике, в уггах, в джинсах, с крысиным хвостиком из собственных волос она выглядит уже не так роскошно, как несколько дней назад.

— Что ты здесь делаешь? — хмуро интересуется Паша. — Мы с тобой поговорили, и вроде поняли друг друга?

— Мне негде Новый год отмечать. — понуро отвечает Анька. — Квартира, которую я снимала, хозяйка отдала другому жильцу. А на гостиницу у меня денег нет.

— А мы здесь причем? — так же хмуро продолжает Павел.

— У вас весело. — отвечает Анька.

— Так, давай выметайся отсюда!

— Паша, подожди. — останавливаю я его. — Пусть остается. На самом деле, не хорошо человека на мороз в Новый год выгонять.

— Я дам ей денег на гостиницу, и такси вызову. — отвечает Паша.

— Гостиницы все заняты. — отвечает Анька. — И такси, чтобы сюда приехать, я ждала два часа.

— Можешь остаться. — становится мне жалко Аньку.

— Правда? — воспрянывает духом Аня. — Вы меня не выгоните?

— Нет, оставайся. — разрешаю я.

— Тогда не выпендривайся, я не такой добрый, выпну тебя, будешь знать!

Мы ужинаем все вместе. Провожаем старый год.

Тройняшки хитро переглядываются друг с другом. Хихикают. Опять задумали что-то? Но ладно, сегодня Новый год, праздник, пусть веселятся, тем более что их шалости по большей части добрые и озорные.

— Мамочка, папочка, мы сейчас! — заявляют девочки, выскакивая из-за стола.

С удивлением слежу за тем, как они уносятся на второй этаж. И причем бегут не в направлении детской, а туда, где у нас подсобное помещение. Давненько я туда не заглядывала. Все что мне нужно хранится в чулане на первом этаже.

Позже они возвращаются оттуда скуксившимися и не такими радостными.

— Еще не вылупились… — рассеянно роняет Тася.

— В смысле, не вылупились? — прищуриваюсь я. — А кто должен вылупиться⁈

Даша толкает Тасю, а Мила наступает ей на ногу.

— Тише ты!

— Никто, мам, Тася, пошутила!

— Мам, мам, а уже смотри, почти полночь, сейчас куранты бить начнут

На часах и вправду без четверти полночь. Паша хватается за безалкогольную шипучку и начинает открывать. Дед Василий потирает руки, он-то знает, что Дед Мороз обязательно принесет ему что-то под ёлочку, Тройняшки тоже радостно глядят под елочку, чтобы не пропустить момент, когда принесут подарки.

А я ведь прекрасно знаю, что под искусственной меховой подстилкой, что укутывает основание елки, я уже заранее приготовила девочкам роботов, да, еще одних, я ведь не знала, что Паша им купит тоже, и там же притаилась коробочка с парфюмом для Паши, и коробка с телескопом для инопланетян деда Василия. Одна только Анька, похоже, останется без подарка, но тут виновата лишь она сама. Нечего было так себя вести.