Книга Ее страстный дебют, страница 52 – Джейси Ли

— Я не знала ничего о Даниэле… до того вечера, когда ты пригласил его на ужин.

Отец недоверчиво фыркнул:

— Постой, ты серьезно?

— Представь, каково мне было столкнуться с тем самым незнакомцем три месяца спустя… в моем собственным доме.

— И его ждал еще один сюрприз…

— Вероятно, он был в шоке, однако просил стать его женой в ту же секунду, когда узнал, что я жду ребенка. Я сама ему отказала. Он хотел немедленно все рассказать тебе, но я его отговорила.

Меган раскрыла отцу свой хитроумный план завоевать признание всех членов совета, чтобы они удержали его от скоропалительных решений.

— Даниэл настаивал на том, чтобы участвовать в жизни ребенка, и боялся, что в случае переезда может оказаться далеко от нас.

— Спасибо, что так плохо думала обо мне, — проворчал отец.

— Я была недалека от истины. Напомню, что вчера ты уволил его.

— Да, не отрицаю и не отказываюсь от своего решения.

— Но, папа… — Меган замолчала в ответ на его протестующий жест. У нее нет права на протест, она может только просить. — Помни, что я сама категорически отказалась от его предложения. Он повторил его вчера, а я…

— Не продолжай, — вздохнул отец. — Могу догадаться по вчерашней истерике, что ты ему сказала. Объясни, Меган, почему ты не дала согласие?

— Потому, что… — Она задохнулась от нахлынувших чувств, но нашла силы не зарыдать. — Потому что хочу выйти замуж по любви.

— Но ведь так и есть — по любви, — удивился отец.

— Неужели это так очевидно? — заморгала она.

— Человек так не страдает, как ты вчера, если не теряет кого-то близкого. — Он понимал, ведь сам потерял жену.

— Я действительно люблю Даниэла, — призналась Меган, — но он не любит меня.

— Ты уверена? Сцена, которую я застал прошлым вечером… — Отец поднял бровь. — Вы оба смотрели друг на друга такими глазами. Впору писать стихи, иначе не опишешь то, что я увидел. Но я не поэт.

— Он не верит в любовь, считает ее фантазией, — неуверенно заметила Меган с проснувшейся надеждой.

— Как может умный человек быть таким дураком, — прищелкнул языком отец. — Ты призналась, что любишь его?

— Нет. — Она только собиралась. — Боялась оттолкнуть.

— Что, если он тоже боялся? Думал, что ты не ответишь на его чувство. Даже себе не мог признаться, что любит тебя.

— Какие странные предположения, — усомнилась Меган, хотя ей очень хотелось поверить.

— Скорее наблюдение опытного человека, — покачал головой отец. — Я не ошибаюсь, доверься мне. Я многое в долгой жизни повидал.

Вдруг Меган поняла, что больше не может говорить или думать о Даниэле. Она поцеловала отца в щеку.

— Спасибо, папа.

— Только не думай, что я простил тебя, — пробурчал он нежно.

Меган отнесла поднос на кухню, так и не сумев разобраться в своих чувствах. Да ей и не хотелось. Она сделала первый шаг для примирения с отцом, чувство вины уже не давило тяжелым грузом. Меган перешла в гостиную и прилегла на диван, свернувшись калачиком. Она уже не пыталась остановить капавшие слезы. Веки стали тяжелыми, и она закрыла глаза, хоть только недавно проснулась. Вопреки намерениям, она не боролась за Даниэла, за них двоих. Получается, ей только казалось, что она сильная и решительная, а на деле сдалась, не вступая в борьбу — не решилась признаться, что любит его. Однако… Даниэл позволил ей уйти, не приложил ни малейших усилий, чтобы удержать.