Книга Лотерея соблазна, страница 28 – Синтия Обин

— Что ты имеешь в виду? — Она обхватила себя руками.

Легкий ветерок доносил до них шум вечеринки, играл листьями старого дуба.

— Отец постоянно твердил, что мне пора остепениться, я решил, что наша помолвка станет для него знаком, что я готов к месту генерального директора.

— Но… — Она смотрела растерянно. — Когда ты делал предложение, ты говорил…

— Ты мне очень нравилась, Санни. Я пытался убедить себя, что стану хорошим мужем, но даже не представлял, насколько для меня важна цель занять место отца.

— Рядом с тобой я чувствовала себя любимой, Престон.

— Значит, все было не зря. — Он положил руку ей на плечо. — Хотя я не был таким, каким ты меня видела. Помнишь, сколько свиданий я сорвал в последний момент? Я понимал, что ты хочешь показать, что не обижена, но это было не так.

Санни опустила голову, волосы упали вперед и скрыли лицо.

— Ты знаешь, что я прав. Ты еще найдешь человека, который будет любить тебя так, как не мог я.

— Спасибо, Престон. — Она подняла на него влажные глаза.

— За что?

— За правду. Хоть и болезненную. — Она улыбнулась ему с нежностью.

Он смахнул слезу с ее щеки:

— Дай слово, что будешь счастлива.

Она прижала его ладонь:

— Обещаю, что постараюсь.

Они долго смотрели друга на друга, думая каждый о своем.

— Наверное, мне пора. Передавай от меня маме и сестре наилучшие пожелания.

— Непременно.

Он смотрел, как она идет по лужайке к стоянке машин, и слушал шум веселья. На самом деле они пришли сюда не ради него, а ради самих себя, надеялись, что под его руководством компания увеличит прибыль и их доход.

Он непременно поговорит с отцом о Санни, но не сейчас. А вообще ее появление стало очень полезным, теперь он, кажется, понял, как должен поступить.

Достав из кармана телефон, Престон открыл семейный чат в Ватсап и быстро напечатал:

«Появилось внезапно срочное дело. Извинитесь за меня, пожалуйста».

В груди появилась тяжесть, когда он увидел, что и мама, и сестра, и отец прочитали сообщение. Мама и сестра ответили сразу, отец, как было видно, набирал текст.

Мама: «Конечно, сынок. Занимайся тем, чем считаешь нужным».

Мэгги: «Мы все сделаем, господин президент».

Отец перестал печатать, и Престон поблагодарил Бога за то, что в его жизни есть сильные и любящие женщины.

Оказавшись на стоянке, он сел в машину и поехал к дому Тиффани. Он обязан увидеть ее и поговорить. И не по причине далекой детской влюбленности, а настоящей любви, которую, как понял сейчас, испытывает к Тиффани Уинтерс. Если он не будет осторожен, чувства могут дорого стоить им обоим.

— Вы представляете, мисс Уинтерс, какими будут последствия принятого вами безответственного решения? — спросил судья суровым голосом, отчего стал до ужаса похож на Фернандо Дель Рио.

Тиффани лихорадочно вспоминала, что привело ее в суд, но не могла вспомнить. Каждый раз, когда она открывала рот, раздавался стук судейского молоточка. Наконец она так сильно разозлилась, что выкрикнула что-то прямо ему в лицо и… в следующую секунду проснулась от звуков собственного голоса.

Она заснула на диване. На груди лежал учебник по экономике, который она читала. На черном экране телевизора мелькал логотип «Нетфликс». На экране телефона, который она предусмотрительно отключила, чтобы подготовиться к экзамену, — несколько пропущенных вызовов. Последний от Престона.