Книга Лотерея соблазна, страница 10 – Синтия Обин

Она вскинула подбородок:

— Мне повезло, этот кто-то просто наблюдал за мной в окно.

Его бросило в жар.

— Я бы там не оказался, если бы дверной звонок работал.

Они оба были не против небольшой словесной перепалки — способа снять напряжение и неловкость. Атмосфера между ними неожиданно накалилась, и появилось желание пожалеть и защитить Тиффани, на что он не имел абсолютно никакого права.

— Видимо, он внезапно сломался. — Она достала телефон и вгляделась в экран. — Возможно, какой-то сбой в приложении.

— Хочешь, я посмотрю.

— Потому что твой мужской мозг в этом сильнее?

— Потому что ты щуришься, значит, забыла надеть линзы.

Благодаря умной и душевной маме, множественным талантам сестры Мэгги у Тиффани не развилась уверенность в мужском превосходстве.

— Спасибо. — Она передала ему телефон и, переступая босыми ногами, указала на коробочку в его руках. — Это мне?

Он совсем забыл о ней и сунул под мышку, когда брал телефон. К тому же под топом не было белья, что очень отвлекало.

— Да. Для вас обоих. — Взгляд его скользнул по животу.

— Тогда лучше открыть ее в детской, — заключила она, принимая подарок.

Он прошел за Тиффани в комнату со свежевыкрашенными стенами и сделал вид, что очень увлечен ими.

— Я решила выбрать нейтральный цвет. Буду следовать этому правилу во всем.

— Не затруднит ли это выбор одежды?

— Совсем нет. Сейчас много вещей разных цветов, подходящих любому полу… Ох!

Тиффани вскрикнула, заставляя отвлечься от стен и перевести взгляд на нее. Кончики пальцев прижаты к губам, глаза широко распахнуты и сияют.

— О, Престон. Она такая красивая. — Тиффани засмеялась. — Думаю, придется попросить тебя прочитать, что на ней написано.

Он так и сделал. На глаза ее навернулись слезы и потекли по щекам.

— Сначала я помешал твоему пению, теперь еще заставил плакать.

Она махнула рукой:

— В последние дни я плачу от всего. Видел бы ты утром меня у холодильника, смотрящую на завядшую клубнику.

— Тебе было жалко ее?

— Мне было жаль, что все ее подруги стали красивыми, когда их окунули в шоколад, а она нет.

— Я знаю одного парня, который владеет ранчо, так что готов забрать у тебя все испорченные продукты. Козы, знаешь ли, не так привередливы.

Тиффани осторожно положила погремушку в коробку.

— Ты готов это сделать?

— С радостью. Как и многое другое, что убережет твои прекрасные глаза от слез.

Она улыбнулась, вытерла глаза краем топа, открыв на несколько мгновений гладкий и совершенно плоский живот.

— Ты вовсе не обязан это делать, Престон. Забудь все, что я сказала у клуба, я не хочу портить тебе жизнь.

Он подошел ближе.

— Собственно, об этом я и пришел поговорить.

— О чем?

— О том, как я глупо себя повел. В тот день у нас с отцом случилась небольшая размолвка, я был на взводе. Я старался сохранить спокойствие и, видимо, выглядел как робот.

— Я бы не сказала, как робот. Как киборг, возможно. — Тиффани наклонилась, взяла валик и принялась водить по лотку.

— Тебе не нужна помощь?

Она обернулась через плечо.

— Ты неподходяще одет. — Сказанное отвлекло, валик выскользнул из пальцев и упал в краску. — Черт! — Она принялась озираться в поисках салфетки.

— Позволь мне.

Престон увидел пачку салфеток, протянул одну Тиффани. Она вытерла руки, принялась убирать мешающую прядь волос и испачкала щеку.