Книга Небесный всадник. Том 6, страница 57 – Кирико Кири

— Меня вы приняли почти сразу.

— Ты был, уж прости, Самсон, прост как медяк, да и дракон тебя сразу принял, а у него ни дракона, ни понимания, что он вообще за человек.

Даже не знаю, обидно как-то…

Золотые самородки мы забрали. Продавать я их не буду, чтобы не палить контору, потом реализую. После этого вернулись обратно к Мелиссе, которая успела закончить с Бегемотом и теперь гуляла со скучающим видом. И когда она нас увидела…

Да, как я и боялся, её взгляд сначала остановился на Серафине, а потом и на мне с немым вопросом. А я со всей своей наглостью сделал вид, будто ничего не знаю и ничего не понимаю.

— Мы всё, — отчитался я. — Можно возвращаться. Как мой дракон?

— Жив и здоров, хотя ему нужен будет покой в ближайшие дня два, — ответила Мелисса. — Брюхо ему подрали сильно, чешуя у него может и не столь твёрдая в классическом понимании, но шкура очень толстая, а тут как иглой проткнули.

— Учитывая, какие зубы у этого дракона были, не удивлён. Ну что, тогда домой. Устроим небольшой праздничный обед? Хотя бы почувствую, каково это быть хозяином поместья и принимать гостей.

— Ну как ты принимаешь гостей, мне и самой теперь интересно увидеть, — бросила она взгляд на Серафину. — Надеюсь, ты не разочаруешь нас.

В каком именно смысле, я уточнять не стал.

Дальше ничего особенного не было. Обед, после чего прогулка по скромной территории замка, а там и округе. И как вы думаете, что? Зирейя. Не сказать, что прямо со зла, возможно, наоборот, от всей щедрой души, чтобы подсказать, но она умудрялась тыкать во всё на каждый квадратный метр. Здесь забор кривой, тут стена прохудилась, там надо дорогу засыпать щебнем, а тот подлесок и вовсе вырубить.

Звучало больше не как помощь, а как какая-то критика, типа то не то, то не это. А вкупе с её надменным видом это действительно выглядело как обсиралово. Но, учитывая, что она поможет мне с документами, я старался не обращать на этот прикол внимания.

Ночевать они остались у меня. Я специально выделил им самые лучшие комнаты, которые прислуга драила полдня, а сам заперся у себя и уснул. С Ценст сегодня тоже пришлось повременить, хотя у меня прям стояло так стояло. Во-первых, не очень комильфо, что другие будут это слышать, учитывая слух всадниц, а во-вторых, я прекрасно знал, о чём тогда в пещере подумала Серафина. И сейчас, пойми она, что я там с кем-то кувыркаюсь, подумает что-нибудь очень плохое обо мне, а там точно жди беды.

Конечно, с ней совсем неловко вышло, тут бесспорно, однако я не жалел ни о чём. Я спасал Тамару, а здесь все способы хороши. Можно признаться, да, можно, но что будет в итоге? С каким результатом? Что они подумают? Как будут относиться ко мне? Всё же личные отношения и отношение к человеку из-за подозрительных моментов — разные вещи и несут разные последствия. Возможно, кто-то бы выбрал честно признаться или иной какой-нибудь вариант, но на то мы и люди, что у каждого свой взгляд и отношение к каждой ситуации.

* * *

Я проснулся самым первым, хотя по солнцу вроде как уже было десять утра. Самым первым из всадниц. Я даже уточнил у Ценст, и она подтвердила, что остальные пока спят. А ещё сказала, что…

— Наш заключённый сказал, что сегодня должна быть встреча с его связным.

— Сегодня? — нахмурился я. — Не поздно ли он вспомнил?