Книга Небесный всадник. Том 6, страница 145 – Кирико Кири

И это что-то пришло мне в голову, пока мы падали вниз. Даже удивительно, как высота иногда подстёгивает тебя думать быстрее.

Мне не нужно было налаживать с красным драконом какой-то длительный ментальный мост. Достаточно было одного единственного импульса, посланного в него, чтобы всё устроить.

А именно выстрелить в меня огненным шаром в упор.

Да, красная всадница уже поняла, кто я и что умею делать, а потому сразу перебила контакт, но процесс был запущен. В его глотке разгоралось пламя, а значит дракону просто не оставалось ничего другого, как выплюнуть его наружу, да только сделать он этого не успел. Не успел даже пасть открыть, потому что не собирался никуда стрелять, а потом было поздно потому, что мой, золотой дракон, в этот момент сомкнул зубы на его челюстях, не давая разжать челюсти. Не давая выпустить огненный шар, который собирался внутри красного дракона, и в итоге произошло то, что должно было произойти.

Огненный шар, способный снести деревянную постройку на изи, рванул у того прямо во рту. Пасть дракону не порвало, но я увидел, как из его ноздрей вылетело пламя вместе с кровью и ошмётками плоти, и как небольшое вздутие, будто он проглотил шар, прошло от его головы до груди.

И тот перестал так отчаянно сопротивляться. Расслабившись, он завис в воздухе, после чего медленно начал падать. Именно, что медленно, словно лист, сорванный с дерев, пытаясь со всего маху не врезаться в землю. Для него это был конец.

Но не для его хозяйки.

Я ринулся вниз, чтобы поймать сучку, но та без раздумий шагнула во тьму и скрылась где-то внизу среди полумрака и зарева пожаров.

Так, ну с этой покончено, а что насчёт других?

Я огляделся.

Повсюду летали виверны, и я не мог понять, которые из ни наши, а какие врагов, потому что и те, и тем сражались друг против друга, а попутно против драконов, пытаясь изловить всадников. И у них кое-что получалось, потому что одна такая туча смогла изловить дракона со всадницей в пролёте. Не знаю, что произошло и жива ли та, но после того, как дракон пробил тучу виверн, он пошёл на снижение, как подбитый самолёт.

Можно было попробовать определить по цвету, ведь наши были бело-синие, но там были и голубые, и оранжевые, и фиолетовые, и целая палитра — поди разбери, кто союзник, а кто лишь подделка.

Я бы, конечно, спустился сейчас вниз, но боялся, что сработает барьер на дракона и ему вместе со мной жопу порвут. Могу спрыгнуть и без него чисто на амулете, но в этом случае потеряю с таким трудом добытого дракона.

Короче, я в сомнениях.

* * *

Вольфган просто и беззаботно рубил всё, что движется. Что не движется он двигал и рубил. Это было не сражение на смерть, не фехтование и не превозмогание — обычное рубилово, где только и поспеваю размахивать бездумно мечом. Удар, удар, удар, подбежал, опять удар…

Вот на него неслась лошадь со всадником копейщиком. Тот даже уже направил на него копьё, но в последний момент слишком быстро для своих габаритов Вольфган юркнул на другую сторону лошади после чего взмахнул мечом. Один удар, и голова лошади отлетела в сторону. Туша запнулась и рухнул, погребая за собой всадника. Тот ещё был жив после падения, но Вольфган наступил ему на голову, будто не заметил и пошёл дальше.

Мелисса наблюдала за этим со стороны. Ей не нравилась жестокость Вольфгана, которая проявлялась не в каких-то определённых действиях, а в его поведении. Хотя и порицать его она не могла — действовал он чертовски эффективно, словно тяжёлая боевая лошадь, прорезая ряды врагов без каких-либо шансов.