Книга Клинки города ярости, страница 132 – Юлия Арвер

Тир бросил на меня мимолетный нечитаемый взгляд, но, сдавшись, кивнул.

— С каких это пор он вообще на свободе? – спросил Ратнар, но устало махнул рукой, мигом растеряв весь интерес к Иссуру. – Впрочем, мне неинтересно. Наверняка вам всем любопытно услышать, что делали с нами в Первой страже.

— Пытали, – вырвалось у меня. Ратнар одобрительно кивнул и даже усмехнулся уголком губ.

— Пытали – это мягко сказано. Нас мучили и наблюдали, кто выживет. Кто оказались достаточно сильными, чтобы выкарабкаться, те получили милость отправиться на закалку для отряда смертников. Мы с Амиром этой милости удостоились.

Все мое тело покрылось гусиной кожей. Отряд смертников?

— Что это за дрянь? Что за отряд смертников? – выпалил Тир, опередив меня всего на мгновенье.

— Отряд, созданный Первой стражей для подготовки живого мяса – тех, кого не жалко послать в самое пекло. Каждый солдат Первой стражи на счету, а мы – расходный материал, не люди, а мусор. Каждый из нас – преступник, пойманный стражей. Следы каждого наверняка подтерли. Я понял это по урывкам разговоров наших надзирателей. Они думали, что видят перед собой безмозглых псов, из-за чудо-отваров неспособных соображать, но я уже давно слез с этой дури и вернул себе ясную голову.

— Расскажи все с начала, – взмолилась я. Слова Ратнара о таинственном чудо-отваре скреблись в ушах. Что, если Амир опоен им? Что, если убивать меня пришел не он, а его лишенное разума тело?

Ратнар устроился в кресле поудобней и заговорил:

— Когда нас поймали в имении вашего брата, тут же отправили в корпус Даирской роты. Тамошний командир заверил стражу, что мы действовали без его ведома, и поблагодарил моего бойца Верана за бдительность и честность. Оказывается, талантливый сыскарь, в котором я видел будущую замену себе, проследил за нами, когда мы выносили из хранилища плащи слуг Айдана. Он и доложил командиру. Наверняка надеялся поскорей подняться выше, маленький крысеныш. Солдаты Первой стражи пытали нас четверых. Их чтецы тела прочли все, что хотели. Мы не могли им противиться – стерпеть такую боль никому не под силу. Я ждал смерти, но вместо этого очнулся в Белоярове. Поначалу я надеялся, что кто-то из императорской семьи прознает о пытках прямо у них под носом, но все понял, увидев цесаревича. Он руководит ими. Зверье действует по его указке.

— Амир говорил о хозяине. Я думаю, это цесаревич, – пробормотала я, и Ратнар замер. Его лицо выражало десятки оттенков страха и надежды одновременно.

— Ты видела Амира? Он жив?

— Жив, но пытался меня убить. Твердил, что ненавидит за пытки огнем, – пролепетала я, стыдясь смотреть в глаза Ратнару. Безмозглая девка! Вместо того чтобы помочь Амиру, я дурманила себя, заливала страх и обиду настойкой, хотела воспользоваться Эрдэнэ. Стыдно…

— Хвала Владыке, он жив. Я проделал весь этот путь не зря, – выдохнул Ратнар и обмяк. – Мне, определенно, нужно напиться.

— Для начала расскажи, что было дальше и как с этим зверством связан Дан? Потом напивайся хоть до смерти, – подал голос Иссур.

— Нас пытали несколько дней. Проверяли выносливость. Половина наших братьев по несчастью не выдержала. Погибли и Адим с Гойном. Я понял это, когда сумел освободиться от дурмана, а их не оказалось рядом. Нас опаивали каким-то отваром, чтобы заглушить любую тягу к сопротивлению. Под его действием я хоть и мог думать, но мысли казались киселем. Что-то запомнить сложно, перечить приказам – недопустимо. Нас натаскивали на беспрекословное выполнение любых команд. Наверняка цесаревич попросту потешается над Амиром, отправив его убить любимую женщину.