Книга Демоны города масок, страница 159 – Юлия Арвер

Да потому что никогда не убивала с помощью кинжала. От моего огня пали четверо, по моей милости – десятки, но вот от моей руки – никто. Ярость настойчиво требовала убить его сейчас же в отместку за Беркутов, за людей, виновных лишь в том, что помогли нам собрать еду в дорогу, но я так и не смогла погрузить лезвие глубже.

Демоны вновь сдавили грудь Салара, он хрипел и задыхался. Эрдэнэ поджег балдахин, и комната постепенно наполнилась дымом, вонью горящей и тлеющей материи.

— Ты умрешь за то, что обрек на смерть невинных людей! – процедила я, но рука дрогнула, так и не сделав надреза.

— У нас нет времени на сомнения! – рявкнул Эрдэнэ и, выхватив из моих потных пальцев кинжал, перехватил наместника поудобнее и молниеносным движением вспорол ему горло от уха до уха.

Меня окропило фонтаном горячей крови, и пустой желудок вновь скрутило. Я чудом вновь сдержала рвоту, не в силах оторвать глаз от кровоточащего пореза на шее Салара. Его тело билось в конвульсиях, но демоны кадара за пару мгновений упокоили наместника навеки. Дым клубился по комнате, бился в закрытые окна и погребал под собой мои воспоминания о радостях и горестях, которые случились в этой спальне.

— Уходим! Мы тут слишком долго, – буркнул кадар и, равнодушно переступив через тело наместника, под которым уже натекла лужа крови, схватил меня за руку.

Похоже, его не волновал даже пожар. Следом подоспел Эрдэнэ, и демоны вновь закружили нас в круговороте мглы. А меня наконец вырвало прямо на себя.

Когда перед глазами вновь возникла комната Эрдэнэ, а ноги коснулись твердого известняка, я рухнула без сил и остервенело размазала кровь на лице в жалкой попытке оттереть ее с кожи.

— Спасибо, Илмар. Долг закрыт, ты выполнил мою просьбу. А теперь выполни еще одну в счет будущего долга – уходи и держи язык за зубами. Никто не должен узнать, что к убийству наместника причастна Амаль.

— Жаль. Такая байка пропадает, – фыркнул кадар, но тут же миролюбиво заверил Эрдэнэ: – Можешь во мне не сомневаться. Я нем и надежен, как скала.

— Которая питает слабость ко всем шлюхам моего дома развлечений.

Я не смотрела на них, все еще не сводя глаз с алых следов на руках, только слушала перепалку и почти не понимала сказанных слов. Поместье наместника вновь окрасилось в алый и превратилось в смердящую смертью клоаку. Город роз отныне стал для меня городом крови.

Когда дверь за кадаром закрылась, Эрдэнэ заботливо помог мне подняться.

— Нужно тебя отмыть и переодеть.

— Я могу и сама, – пролепетала я. В носу, как и в горле, все еще свербело от дыма и рвоты. Проведя языком по пересохшим губам, я почувствовала вкус крови. Мне уже нечем было рвать, и только потому меня вновь не вывернуло.

— Не собираюсь я покушаться на твою честь, пока сама не разрешишь, – пробормотал Эрдэнэ и деловито водрузил передо мной лохань с водой, до этого стоявшую под столом. Обмыв мои окровавленные руки, он намочил серое полотенце и заботливо обтер мне лицо и шею.

Когда вода порозовела, Эрдэнэ отбросил мокрую тряпицу и осторожно провел пальцем по моей нижней губе, отчего я отрывисто вздохнула. Со вздохом он достал из внутреннего кармана халата белоснежный платок с вышитой алой птицей и протянул мне.

— Ты прикусила губу. Прижми платок, чтобы остановить кровь.