Книга Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей, страница 118 – Ли Литвиненко

— А раньше могли. Есть у них обряд для этого. Не спрашивайте какой, я подробностей не знаю. С его помощью оборотень дарил человечке вторую суть. Что-то вроде болезни. Да, если сравнивать, так будет понятней. Двуликий заражал человечку, и она перерождалась, становилась оборотнем и, как существо того же вида, приносила от него потомство. У девки ведь есть щенок?

— Да. Это так удивительно – видеть ребенка двуликих после стольких лет…

— Но если все так просто, почему оборотни не проводили свой обряд раньше? Когда потеряли своих женщин? – – король выглядел растерянным. – Что, гордость не позволяла? Выбрали вымирание, лишь бы не спариваться с человечками?

— А вот тут еще одна сказка, – вздохнул хранитель. – Ну и ночка… Приходится вспоминать то, что уже давно забыл… Оберег. Не у одних оборотней были покровители на небесах. У людей тоже имелись защитники – старые боги. Когда двуликие расплодились и стали наглеть, бессовестно тащили у человеков девок, что покрасивее, люди и обратились к своим богам, молились им, просили защиты. Те услышали и наложили на людской род оберегающее заклятие. Иммунитет к заразе оборотней. Вот его след, видишь? – Бардобауз указал на золотое плетение, мерцавшее в цветном облаке. – Только Каройдомус его расколол.

— И правда. – Теперь и Рэдариэл увидел, как черная молния проходила сквозь плетение и рвала его звенья.

— Так, значит… – король стал быстро прохаживаться по комнате, потирая подбородок, – каждая человеческая девка со знаком Красного мора после парного ритуала сможет рожать двуликих?

Хранитель, кряхтя, поднялся из кресла, подошёл к стоящему в углу шкафу. Его полки были заставлены песочными часами: большими, маленькими, деревянными, из металла, прозрачными, из цветного матового стекла… Взял массивные, сделанные из серебра и украшенные волчьими фигурами. Крупинок в верхней части оставалось совсем немного. Казалось, еще мгновение, и это время закончится. Старик перевернул часы полной стороной вверх и поставил обратно.

— Для оборотней настало новое время. Время возрождения. Думаю, тут не обошлось без божественного вмешательства. Сама Луна распростерла над двуликим народом покрывало удачи. И ты, – обратился Бардобауз к Рэдариэлу, – с почтением покоришься ее воле. И для начала вернешь Гелиодору то, что ему принадлежит…

Скулы принца от злости заострились.

— …И не жалей. Её сердце отдано. Навсегда. И не смей больше брать чужое, – прикрикнул дед. – Что за глупость – лезть на волчью территорию? Хочешь оставшуюся жизнь ходить с оборванными ушами? Так он тебе это устроит, если учует на своей паре твой запашок.

— Это очень важно. – Король встал перед сыном и положил руки ему на плечи. – Если все так, как мы поняли, то возрождение стражей границы в наших руках. Только подумай – у них снова будут рождаться дети! Граница снова станет неприступной. Это сохранит тысячи жизней и мир на Широких землях.

— Как много надежд вы возлагаете на Бёрк, – усмехнулся принц.

— Она первый шаг, который уже сделан. Первый ребенок от перерожденного человека появился на свет. Нужно только немного подправить то, что поломала война.

Ход разговора не нравился принцу. Он отвернулся и отошел к окну. Прекрасный рассвет был противоположен состоянию его души. Там наступили сумерки.