Книга В плохих парней не влюбляются, страница 179 – Даша Коэн

Конечно, для моей родительницы это был ее личный триумф. Сладкий. Опьяняющий. Долгожданный.

Для меня? Еще один этап в погоне за мечтой. Ничего такого. Просто нужно было собраться с силами и идти вперед. Без страха и упрека. С улыбкой на устах.

И вот я села в черный "Mercedes". И покатила по вечерней Москве.

Час в дороге. Но я даже не дрогнула, когда меня высадили перед настоящим особняком, помпезным и величественным, с колоннами и подсветкой. И не растеряла решимости перед отцом и его женой, что встречали меня на крыльце с улыбками. Ибо и ежу было понятно, что Константин Рудольфович совершенно искренне был рад меня видеть.

А вот Светлане Михайловне пришлось изрядно попотеть, чтобы из своей разъяренной гримасы слепить нечто удобоваримое, хотя бы отдаленно похожее на доброжелательность. Но в остальном — ТОП: холеная, с идеальной прической, одетая с иголочки. Стройная, как девчонка. И она смотрела на меня так, будто бы я пришла воровать у нее столовое серебро. И словно бы мое появление в ее доме было ее личным оскорблением. Вот только выбора у нее не было. Как и у меня.

Так что — придется немного потерпеть.

О, и мы обнялись, как самые настоящие близкие родственники. И даже расцеловали друг друга в обе щеки. А затем меня пригласили пройти в дом, где моего появления ожидали мой брат и две сестры.

Первыми ко мне вышли София и Стелла — двое из ларца, одинаковых с лица. Ухоженные. Изящные. Дорогие. С ног до головы в брендах. Темноволосые и безупречные. Со взглядами, полными превосходства — настолько явственными, что можно было почувствовать себя пылью под их лакированными туфлями.

А затем появился и Стас. Настолько красивый, что я даже сначала и не поверила, что он настоящий. Нет, я видела этого парня в светской прессе. Заглядывала на его страницы в социальных сетях. Но теперь могла признать лишь одно — он был абсолютно нефотогеничен. Ибо в реальной жизни действительно поражал своими идеальными чертами лица, крепкой фигурой и почти прозрачными голубыми глазами.

Но и он лишь холодно кивнул, мазнув по мне равнодушным взглядом, а затем, наверное, и вовсе позабыл о моем существовании. И ни слова более. Только легкий кивок, как собаке. И все.

Вот это генофонд. Спесь — как главный актив в цепочке ДНК.

А спустя уже пяток минут мы все сели за празднично накрытый стол в огромной столовой — будто бы в этот дом пожаловала не внебрачная дочь хозяина, а как минимум персона королевских кровей. Отец бахнул бутылкой "Dom Perignon", разлил всем присутствующим игристый напиток по бокалам. Широко улыбнулся, подмигнул мне одобрительно и сбацал самый настоящий тост:

— Ну, за мою Марьяну!

Зря он так.

Всех присутствующих знатно перекосило. А уж когда подали первое блюдо, и отец начал всех просвещать, какая я у него термоядерная пушка-петарда, то у меня и вовсе уши загорелись диким огнем. Ибо понятно было без лишних слов, что за приторными пластмассовыми улыбками моей новоиспеченной семьи притаилась жажда крови.

Моей крови!

А Константин Рудольфович все вещал с пеной у рта, будто бы и сам получал какой-то извращенный кайф изводить жену и детей.

— Марьяна у меня чемпионка Европы по боевому карате. Это же какой характер должен быть, да? Не железо. Закаленная сталь! Вся в меня пошла девочка! И, помимо всего, еще и в учебе успевает на отлично. Каждая сессия на высший балл закрывается. Гордость разбирает за такого ребенка!