Онлайн книга «На полпути к падению»
|
Закончился пятый урок. Все пять перемен Вовка набирался смелости, то и дело нервничая: грыз ногти, репетировал, краснел, потом бледнел, руки дрожали. — Пойдём в это воскресение! — Поздравляю, — ответил Альберт. — На что? — «Это всё она». Девушкам нравятся фильмы про любовь. Тот самый фильм, про который говорила Натка. — Ваниль, сопли, — поморщился Романовский. — Ты готов страдать? — Ради Анечки я готов страдать вечно! — Придурок! — Альберт покрутил пальцем у виска. — Ни одна девчонка не стоит того, чтобы страдать вечно. На тот момент Романовский и близко не представлял, насколько сильно может ошибаться. — Анечка такая скромная. Я всё время что-то рассказываю, а она молчит. Я предложил ей сходить в кино вчетвером, она согласилась. — Вчетвером? Зачем? — удивлённо сдвинул брови Альберт. — Испугался, вдруг она поймёт меня неправильно и откажется. У меня самые благие намерения! Слушай! — Стоп. Не продолжай. Мне не интересно, — жестом вытянутой руки остановил брата Альберт. — Ты же даже не знаешь, что я собираюсь сказать! — не договорив, Вовка подбежал к только что вошедшей в класс Натке. Та, округлив от неожиданности глаза замерла на месте. — Наталья, пойдёшь парой в кино в эти выходные? Девушка остановилась, удивлённо перевела взгляд с Вовки на Альберта. Она всё поняла. Альберт, сидевший за партой, сполз ниже, пряча лицо в ладонях. — Пойду, — обрадовалась Натка, в тот же миг позабыв обиду на него. И даже не спросила, на какой фильм. Глава 5. Аня Глава 5. Аня Глава 5. Аня «Хочешь, покажу тебе Большую и Малую Медведицу?» Она перестала считать дни пребывания на новом месте. Все они были настолько похожи, что на следующий было тяжело вспомнить события вчерашнего. Ей казалось, серая монотонность полностью поглотила её. Ни красок — лишь однообразие. К тому же из-за постоянного стресса и недоедания Аня похудела. Одежда стала свободней, особенно любимые синие джинсы клеш. Если бы тренер Карина Сергеевна увидела её сейчас, то несомненно похвалила бы. Тогда бы Аня с удовольствием разделила с ней эту радость. Питалась плохо. А всё потому, что еду, которую готовила тётя Таня, она едва могла есть: картофельное пюре, заправленное жирным дешёвым майонезом, сосиски по скидке (судя по всему из соевого мяса, имели от сосисок одно название), борщ с зажаркой на сале… Сало. Жирное, масляное, вонючее. Аня не могла на него даже смотреть. Её буквально воротило от одного его вида, особенно когда тётя Таня с таким предвкушением покупала его на рынке. Видя привередливость племянницы, опекунша раздражённо фыркала и приговаривала: «Ничего, голод — не тётка, поголодаешь — привыкнешь». Только вот время шло, Аня не привыкала. Аня сидела на подоконнике на втором этаже школьного коридора, наблюдая за резвой белкой, скачущей с одной ветки на другую, и невольно завидовала ей. Ведь маленький грызун жил там, где родился. Ему не нужно было менять дом, школу, в конце концов — рацион питания. У него всё оставалось неизменным. Без стресса и потери любимого хобби. «Интересно, а у белок есть хобби?» — подумала Аня и улыбнулась своей мысли. Несмотря на приветливость одноклассниц, Аня предпочитала держаться в стороне. Поначалу девочки звали её погулять после школы, сходить в кино или потусить в парке в компании местной молодёжи. Пару раз Аня сходила на часок. Незнакомые ребята приняли в компанию, гостеприимно предлагали выпить пива, покурить сигаретку. Отказалась. Не потому, что не интересно, а потому что это вредно для здоровья. А ей, как спортсменке, это было чуждым. |