Книга Уж на красной сковородке, страница 88 – Валерий Шарапов

Верест дважды выстрелил в воздух — собирайся, народ. За бойлерной Зубов не задержался, там негде было укрыться, силуэт возник на открытом участке, смещался к сосняку, отделяющему жилую зону от дороги. Верест споткнулся, глухо выругался — ладно, женщин рядом не было. В панике завертел головой, ища вчерашний день. Сориентировался, пустился в погоню.

Он отстал, но видел преступника — фигура мелькала за деревьями. По курсу пролегала освещенная трасса — Университетский проспект вливался в Бердское шоссе. Верест бежал по податливому мху и снова не жалел патронов. Каждый выстрел болью отдавался в ушах. Он увидел своих — кучка людей появилась справа, вытянулась в цепь. Возможно, выявили цель.

Зубов, не добежав до опушки, резко сменил направление, кинулся влево. Но Верест уже настигал, дистанция сократилась метров до пятидесяти. Беглец перепрыгнул канаву, выскочил на обочину. Но и слева тоже бежали люди. Объект сместился от кольцевой развязки, он еще на что-то надеялся, выбежал на шоссе, замахал руками. Яростно просигналил водитель несущегося «Москвича» — не требовались ему в этот час попутчики. Зубов сильно рисковал, бросился грудью на капот. Не будут же его давить! Водитель ударил по тормозам, красиво обогнул препятствие — и снова выжал газ. Возможно, слышал выстрелы в открытое окно и принял единственно правильное решение.

Зубов в отчаянии бросился через дорогу — куда еще? Появилась новая машина, стремительно приближалась, свет фар слепил глаза. Верест остерегся выбегать на дорогу, ждал. Водитель не сигналил, не тормозил, пер на полной скорости посреди проезжей части. Преступник заметался, ослепленный светом. И даже в этой ситуации Верест не разобрал его лицо — какие-то жалкие мгновения!

Это был ведомственный автомобиль. Водитель затормозил лишь в последний момент. Видимо, мастер такой езды. Транспортное средство дало разворот на сто восемьдесят градусов, стало. Задний бампер сбросил беглеца с проезжей части! Кувыркаясь, Зубов перелетел канаву водостока, исчез в высокой траве.

Верест кинулся через дорогу. Из распахнувшихся дверей выскакивали люди. Сотрудники действовали слаженно и четко. Подбегала группа из фургона. За спиной пыхтели Лапшин и Сергеева — быстро же они. Люди хлынули с откоса.

Зубов, похоже, не пострадал, а удар капотом лишь придал ускорение. Он скатился вниз, встал на ноги, побежал по траве. Поздно заметили, что он отрывается от погони. Кто-то растерянно прокричал, что не видит цель; другой орал: «Вижу, лезет через насыпь!»

Уйти в сторону не давали, гнали к Обскому водохранилищу. Море было где-то рядом, за вереницей корабельных сосен. Что там? Пляж в стороне. Верест понятия не имел, что находится внизу.

Зубов скатился с железнодорожной насыпи, а самые шустрые работники уже карабкались на нее, выстреливал щебень из-под ног. Поезда в этот час под ногами не путались. Верест не верил своим глазам: преступник стремительно уходил! Зубов бежал под горку, прыгал, как заяц, ни разу не упал. Участники погони же то и дело цеплялись за корни, падали как подкошенные. Кто-то выл от боли в подвернутой ноге. Верест запнулся, земля и небо поменялись местами, потом — пол; закусив губу от боли, искал выпавший пистолет.

Из мрака выплывали серые постройки, ржавые ворота, не имеющие свойства запираться. Что-то вроде старой лодочной станции. Причал остался, его использовали местные рыбаки. Почему так вышло, что Зубов быстрее сориентировался?