Книга Уж на красной сковородке, страница 106 – Валерий Шарапов

Еще один мужчина отпочковался от группы лиц, зашагал к сияющей свежей краской «Волге» ГАЗ–21. Машина была старой модели, но смотрелась так, словно вчера сошла с конвейера.

— Вот, пожалуйста, — не воздержался от комментария Корзун. — Товарищ Лебедев, начальник службы безопасности комбината, большой друг товарища Вышинского.

«Большой друг» собрался сесть в машину, но кого-то заметил на аллее, окликнул. Гражданин охотно повернулся, изобразил любезную улыбку. Он был наполовину лыс, но смотрелся бодрячком. Мужчины обменялись парой фраз, сели в одну машину. Лебедев запустил двигатель.

— Снежинский Борис Викторович, — объявил Корзун, — заместитель и верный единомышленник товарища Вышинского. Хм, никогда не замечал большой любви между Лебедевым и Снежинским…

«Волга» медленно выезжала со стоянки. Это был целый корабль — красивый и благородный. Странно, но ГАЗ–21 всегда выглядел выгоднее своих последователей.

— Нет, товарищи, я так не могу, — сокрушенно вздохнул Корзун, берясь за дверную ручку. — Пойду позвоню своим ребятам. Вы же ничего не видели?

— Не волнуйся, дорогой товарищ, — улыбнулся Верест, — мы в полном неведении о твоих планах. Отряд не заметит потери бойца.

— Скоро вернусь, — пообещал Корзун, покидая машину. Ключ от зажигания остался на приборной панели.

«Что мы здесь делаем?» — подумал Верест. Впрочем, в праздном наблюдении не было ничего незаконного.

Показался очередной фигурант из списка. Его лицо Верест видел в одном из личных дел. Правда, слегка запамятовал… Мужчина лет пятидесяти с хвостиком, со спортивной сумкой на боку, одетый в куртку из натуральной кожи, отделился от группы трудящихся, вышел на стоянку. Он кого-то высматривал. Потом поморщился, хлопнул себя по лбу. Видимо, вспомнил, что сегодня без машины. Досада отразилась на лице с выпирающей челюстной костью. Он имел спортивный вид, несмотря на приличный возраст.

— Юрьев, — вспомнил фамилию Олег. — Зам Вышинского по конструкторской и технологической части. Юрьев Михаил…

— Лермонтович, — подсказал Тимаков.

— Так, — Верест старательно прятал усмешку, — будь серьезным, боец.

— Я серьезен, как никогда, товарищ майор. Просто не сдержался, извините. Юрьев Михаил Леонтьевич, а должность вы, в принципе, угадали. Простите, запомнили.

Откуда-то взялась потрепанная «Волга» с шашечками. Она стояла на краю стоянки. Водителю, видно, надоело. Он медленно выехал, что-то бросил товарищу в открытое окно. Юрьев поколебался, бросил ответную фразу. Явственно прозвучало слово «Князево». Имелась такая деревушка за восточными предместьями. Таксист притормозил, задумался. Потом кивнул: поехали. Сумму, кажется, утрясли. Ездить по счетчику для советских таксистов считалось признаком дурного тона.

Юрьев сел в машину, такси бодро покатило к выезду с площадки.

— Странно, — заметил Верест. — Одни мужики. Ни одной женщины в руководстве промышленного гиганта. А ведь их всегда так продвигают — ну, не до самого, разумеется, верха.

Тимаков не отвечал. А он всегда имел что сказать. Верест обернулся. С помощником что-то происходило. Он нервничал, усиленно морщил лоб, кусал губы — словно мучительно пытался что-то вспомнить.

— Эй, — насторожился Верест, — ты здесь?

— Товарищ майор… — Дениска откашлялся. — Это лицо… Ну, у таксиста… Я могу, конечно, ошибаться, но…