Книга Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой, страница 301 – Михаил Михеев

— Как думаешь, японцы из них уже все вытрясли?

— Уверена. У них есть специалисты разговорного жанра.

— В смысле?

— Ну, те, что кого угодно разговорят. Другое дело, что они вряд ли сами много знают.

Полански вновь кивнул и приник к биноклю. Дина же легла на спину – была ее очередь отдыхать. Закинула руки за голову и задумалась, механически жуя травинку. Происходящее вокруг ее совершенно не радовало. По всему выходило, что китайцы войну слили. Это ерунда, конечно, вот только новый передел мира, который грядет в результате, не радовал. Для Израиля в нем запросто могло не остаться места – наплодили они врагов, чего уж.

За себя Дина не боялась – если что, найдет, куда свалить. В Россию вернется, к примеру, благо жить есть где. И сама, и родителей вытащит. Или, как вариант, в Польшу, благо хотя поляки и словили в очередной раз по морде, но ликвидировать их как страну покамест никто не собирался. Полански как-то предложил смотаться на пару. Посмотреть на места, где они недавно геройствовали. Это предложение заслуживало внимания. Вот только жалко будет терять все, что заработано нелегким трудом. По-настоящему, без дураков заработано. Конечно, она справится, но начинать все с нуля… Обидно!

По-видимому, мысли она ухитрилась пробурчать вслух. Иначе чем объяснить, что Полански, отвлекшись на миг от бинокля, потрепал ее своей лапищей по макушке и сказал, что все будет хорошо. А на ее мысль о том, что все равно будет тяжело, ведь евреев никто не любит и видеть у себя не хочет, лишь презрительно хмыкнул:

— Ты знаешь, я могу ошибаться, но куда бы ни приезжали наши предки, их рано или поздно начинали бить. Конечно, можно предположить, что все народы, как один, неправильные. Вот только скажу я сейчас крамольную мысль: а вдруг это мы что-то делаем не так.

— И что же? – на автопилоте спросила Дина.

— К примеру, чересчур много носимся со своей богоизбранностью. Хозяевам вряд ли понравится, что приезжает какой-то чужак, гнет пальцы и заявляет, что они тут все третьего сорта. Могут и в рыло дать, что, собственно, и происходит регулярно.

— Ты утрируешь.

— Твой дед хоть раз жаловался, что ему тычут еврейством в нос? Ну, кроме случая, когда его не пустили бомбить Тель-Авив?

— Не припоминаю что-то, – вздохнув, честно ответила Дина.

— А все потому, что у него еврейского был разве что нос, а в остальном – офицер, фронтовик и вообще свой, советский. Разве нет?

— Ты это к чему клонишь?

— Да ни к чему, – Полански раздраженно махнул рукой. – Просто скромнее надо быть, скромнее.

Их спор прервало новое событие, произошедшее буквально через минуту. В занятый японцами городок (ну, это они его между собой так называли, хотя, может статься, жилой центр тысяч на десять-пятнадцать населения в полуторамиллиардном Китае запросто мог числиться как хутор), ревя моторами, вползли танковозы. Сколь могла судить Дина, местного, китайского производства. И было их много, несколько десятков – похоже, японцы, будучи народом упорным, не собирались останавливаться, а просто подтягивали технику взамен потерянной в бою и намеревались попробовать на зуб русскую оборону еще разок.

И вот тут-то началось самое интересное. Если первые танки, относительно современный «Тип 10», сгружался штатно, то в почти два десятка откровенно устаревших, «Тип 74», никто не пытался залезать. Не соизволили мехводы забраться в свои машины. Вместо этого подошел коренастый, с наметившимся уже брюшком офицер, обошел танки кругом и… И принялся вертеть в руках что-то непонятное. А через секунду один из танков взревел и выпустил в воздух густое облако черного дыма.