Книга Бессонная война, страница 24 – Сэм Альфсен

— Если ты до сих пор сомневаешься… – арцент вновь наклонился вперёд и, закинув руку на спинку дивана, зашептал лекарю на ухо: – то информация, которой я обладаю, в той же мере касается и эрда Сина.

И тогда Нуска понял, что у него нет выбора. Огни свечей еле заметно подрагивали, бросая блики на двух молодых людей. Но стоило лекарю ответить, как огонь взметнулся практически до потолка.

— Хорошо. Пусть будет по-твоему. Но сначала ты поможешь мне свести на нет повстанческое движение в Арценте, а затем сделаешь так, чтобы я покинул город.

— Без проблем. Мой дом обладает достаточным влиянием, чтобы оказать поддержку в таком… незначительном деле.

Нуска почувствовал лёгкое головокружение. То вино действительно было очень крепким, но вряд ли было отравлено. Скорее всего, этому Жеро или Гирру… можно доверять.

Оставалось сделать последний шаг – дождаться утра и уже на трезвую голову во всех подробностях обсудить план, который, к всё возрастающему самодовольству Нуски, у него уже был.

Всё-таки то вино не было столь безобидным. Конечно, Нуска не отравился, но желание как следует прочистить желудок его не оставляло. Хоть он знал, что уже слишком поздно: об этом следовало подумать намного раньше.

Нуске пришлось остаться в комнате для гостей в этом пустынном поместье. На самом деле, только почувствовав неладное, лекарь был уверен, что Жеро всё-таки замыслил что-то, но… Тот вскоре уснул прямо в гостиной на диване, не заботясь даже о собственной безопасности. Словно он был уверен, что Нуска даже не подумает причинить ему вред.

Что за глупость! Почему никто не воспринимает его всерьёз?!

Лекарь сидел в комнате, закутавшись в простыни, и сдерживал всё возрастающее желание тела. Загадкой оставалось только одно – каким образом Жеро так быстро уснул под воздействием этой пакости? И почему вообще аристократы любят мешать всякую дрянь с алкоголем?! Это же сокращает и без того их короткий срок жизни!

Даже глотка оказалось достаточно, чтобы всё тело Нуски охватил жар, а напряжение в низу живота не спадало на протяжении часа. Однако Жеро выхлебал, кажется, весь графин. Неужели это тоже какая-то особая устойчивость или магия? Может, его навык – это невосприимчивость к снадобьям?

Ещё более странным было то, что в поместье Рирьярдов Нуска, отравленный афродизиаком, никак не среагировал. Возможно, он и сам уже, не заметив, стал устойчив к воздействию тёмной энергии. Однако то снадобье, что ему довелось выпить сегодня, ядом не являлось. Самая обычная вытяжка из растений.

Когда Оанн постучал в дверь и не раздумывая отворил её, Нуска мечтал лишь об одном – провалиться сквозь землю, в бездну и, желательно, на самое её дно. Однако, с головой укутавшись в тонкие ткани, лекарь со вздохом, полным страдания, устроился на животе и отвернулся к стене.

— Господин Нуска…? С вами всё в порядке? Я уложил Ванери спать и узнал кое-что важное. Хотел бы доложить.

Он вновь говорил скромно, даже робко. И куда подевался тот уверенный в себе юнец, знающий ответы на все вопросы?

— Завтра… Поговорим завтра утром, – хрипло отозвался Нуска, стараясь не выдать своё плачевное состояние. Хотя его голос всё равно оказался на несколько тонов ниже, что не могло остаться незамеченным для полукровки, владеющего музыкальным инструментом в качестве оружия дэ. Его слух был так же хорош, как и слух Нуски.