Книга Бессонная война, страница 147 – Сэм Альфсен

Фэнли попытался взять себя в руки, но только вздохнул.

— Ребята, это война. Каким бы Син ни был сильным, он не сможет выиграть её для вас без жертв. Каждый из нас должен выложиться на полную.

Но Фэнли мог рассуждать об этом только наедине с собой, ведь для других Син стал фигурой наравне с Великими духами – стоило только кому-то упомянуть его, намекнуть, что скоро он придёт и разрешит ситуацию, как солдаты набирались духу и… справлялись с любым боем и проблемой сами. Кто бы рассказал этим дуракам, что Син всего-то один, а открытых фронтов сейчас – три? Что Син ежедневно мечется между западом, востоком и севером, то тут, то там освобождая поселения и деревни.

«Долго ли наш звёздный офицер так протянет? Да ещё и с такими ожиданиями от этих олухов…»

День тянулся за днём, а раненых становилось всё больше. Фэнли уже не задавал вопросов – он и так видел, что половина их корпуса уже расположилась в соседних домах. Израненные и истощённые, они не были в силах продолжать сражаться, а противники так и не заканчивались.

Пришла и вторая проблема – недостаток продовольствия. Поставок не было. Фэнли уже и сам еле волочил ноги, а иногда чувствовал, как энергия его подводит. Он не мог так же хорошо, как и раньше, лечить больных. В его истощённом теле еле-еле теплилась дэ, которой попросту не хватало на всех.

Одной ночью Фэнли проснулся от криков снаружи и звуков сражения. Его сердце похолодело и провалилось куда-то в пятки.

Спотыкаясь, переступая через разложенных прямо на полу больных, он пробрался к двери и обнажил своё оружие дэ – простой кинжал.

За дверью его ждала бездна. Округлив глаза, лекарь наблюдал, как через догорающие ворота в их маленькую крепость врываются вражеские солдаты. Как город наполняется криками умирающих и вопящих от боли горожан.

Вирза была небольшим провинциальным городком, где по большей части проживали сифы. Только им удавалось выжить в этой болотистой местности.

И сейчас Фэнли видел, как малочисленные скиданские войска пытаются сопротивляться, стараются отбить атаку, но растрачивают слишком много времени и сил на то, чтобы защитить простых жителей. Как один за другим плашмя падают бездыханные тела, а со всех сторон то и дело взмывают в воздух залпы огня.

По земле заструился чёрный туман. Фэнли быстро смекнул, что противники решили воспользоваться тем самым рирским ядом. Оторвав кусок ткани от рукава, лекарь перевязал им лицо и захлопнул дверь своего временного пристанища, но сам остался снаружи. Мысленно рисуя у себя в голове щит, Фэнли возвёл защиту сразу над несколькими постройками с ранеными, а сам по лозам винограда взобрался на крышу. Он должен был наблюдать разом за несколькими входами, чтобы проследить за целостностью обороны.

«Я ничем не могу помочь солдатам, но могу попытаться защитить раненых», – так он решил.

Битва затянулась. Скиданские бойцы действительно были сильны, а каждый сурии Скидана стоил десяти сурии Дарвеля. Скорее всего, причиной тому была приверженность чистоте крови, но Фэнли и тому был рад. Многим даже удавалось избежать воздействия яда или пережить хоть и частые, но слабые атаки арцентов и фасидцев. Сифы же приносили куда больше проблем – вскоре все дорожки в городе преобразились до неузнаваемости: где-то зияли глубокие ямы, а где-то, наоборот, холмы – рельеф был полностью обезображен. Карборцы хоть и не были особо разрушительны в битве, но их тяжёлые орудия и грады металлических стрел разили скиданцев насмерть. Вскоре в противостояние вступили земляные маги боли, и тогда город наполнился поистине душераздирающими воплями.