Книга Лекарь из трущоб, страница 99 – Сэм Альфсен

— Что?

Мальчика затрясло от злости. Его захлестнуло гневом и он, ничего не боясь, просто толкнул учинившего расправу в грудь, а затем повторил на скиданском:

— Убери! Ногу! С тела! Моей матери!

Убийца замялся. Он перевел взгляд вниз и увидел, что действительно наступил на руку vei`li. Но под ногами было так много трупов, что и ступить было некуда.

Внезапно из-за спины мальчика выскочила рыжеволосая женщина. Ее глаза были красными, ее трясло, но она подхватила ребенка и потащила того в сторону леса.

Мальчишка упирался, а вот юноша не знал, что делать. Убивать хаванца он не собирался, но если сейчас напасть на лесную, то ребенок точно не выживет.

Лесные отступили. Вскоре луга, покрытые запекшейся кровью, остались совершенно пусты. Те несколько человек, что смогли выжить, скрылись под защитным куполом.

Начали слетаться вороны и громко каркать, кружа над грудами трупов.

Юноша повалился в траву. Лежа меж мертвых лесных, он распростер руки и вглядывался в проясняющиеся небеса. Звезда осветила его, покрытого с ног до головы чужой кровью. И тогда он вновь призвал свое оружие дэ и, не медля, воткнул его себе в живот.

Но ничего не произошло. Оружие медленно скользнуло через тело, как звездный свет, и распалось на мелкие частицы.

Юноша попытался снова. Снова и снова до захода звезды он пытался убить последнего оставшегося в живых в этих землях. И не смог.

Я вижу тебя, мерзкий пакостник. Ты даже влез в прошлое, чтобы следить за мной. Но что ты сделаешь? Нельзя изменить то, что произошло, потому утони в отчаянии. Я заставлю тебя пожалеть о содеянном.

— Тиама, куда ты?

Лес был тих и свеж. Влага блестела на траве, пробуждая все живое ото сна. Было прекрасное утро теплого времени. Девушка с юношей резвились на поляне, но каждый раз, когда молодой человек пытался схватить подругу за руку, та ускользала и со смехом пряталась за стволами деревьев.

— Не поймаешь!

Юноша хмурился. Было заметно, что он действительно старается изо всех сил. Он даже использовал дэ, чтобы нагнать спутницу, чтобы мягко взять ее руку в свои. Его глаза предательски блестели от страсти. Но девушка только играла: не позволяла поймать себя, исчезала и вновь появлялась, все больше отдаляясь.

— Тиама!

Звонкий голос молодого человека звучал обиженно, будто детский. Да он и был еще ребенком. Юный и красивый, он был преисполнен аристократичного величия и чувственности. Трудно было отвести взгляд от этого живого лица, на котором играли краски и звездные блики.

— Ха-ха!

Девушка вновь пропала из поля зрения. Юноша сильнее нахмурился и застыл посреди поляны, на которой они затеяли эту игру. Правда, по его лицу нельзя было сказать, что он так уж наслаждается догонялками.

— Тиама, неужели нам правда придется… убить лесных людей?

Его слова потонули в хохоте спутницы. Он в очередной раз замялся, не понимая, подняли ли его на смех за эти слова или же это было частью игры.

— Дорогой, – говоря это, девушка вдруг выступила из-за соседнего дерева и аккуратно обняла молодого человека за плечи, – я ведь видела будущее. Если мы этого не сделаем, то они убьют меня.

Спутница юноши была хаванкой. Столь красивой, что любой мужчина упал бы ей в ноги и расцеловал ступни. Легкая и тонкая, она напоминала бабочку, которую несет теплое дуновение ветра. Ее кожа и волосы были белоснежны, даже окраска глаз была столь бледной, что радужка сливалась с белком. На ее лице постоянно горел румянец, а губы были окрашены красным, словно она только что испила вишневого сока. Длинные волосы юной хаванки были распущены и спадали с плеч, прикрывая довольно пышную фигуру.