Книга Лекарь из трущоб, страница 216 – Сэм Альфсен

— Бездна дери эту хаванскую магию! Когда надо – толку никакого, а как просто посветить пришлось, так сразу стала такой мощной! – Нуска, не выдержав, ругался себе под нос, а затем вскинул голову и осмотрел отвесный склон.

Если понадеяться на то, что вчера сошли все свежие снежные шапки, то, возможно, он успеет взобраться на уровень выше. Но любая ошибка может стоить хаванцу жизни.

Нуска сглотнул и начал готовиться. На этот раз он взял с собой сразу два ножа и толстую бечевку. Крепко-накрепко привязав к подошве ножи лезвиями вперед, лекарь понадеялся тем самым облегчить подъем. Перчатки также надежно защитят его руки и позволят крепко цепляться за выступы.

Лекарь шумно вздохнул, а затем вскинул ногу повыше и погрузил маленький крепкий ножичек в лед.

«Ага, вроде, держится!» – мысленно порадовался он, начиная медленно взбираться наверх.

Нуска не спешил. Медлительность и вдумчивость не были в его характере, но сейчас любая оплошность превратила бы лекаря в лепешку. Замороженную мясную лепешку.

Лекарь потихоньку поднимался все выше и выше. Шаг за шагом он вбивал острия ножичков в лед и хватался руками за редкие каменные уступы. Если бы гора не была объята льдом и снегом, то это было бы намного проще, но сейчас, если Нуска хоть раз погрузит ногу не в намертво наросший лед, а в податливый снег, то кубарем скатится в бездну.

К полудню лекарь смог забраться на следующий виток пути, ведущий к пику. Когда лекарь вывалился на твердую поверхность, тяжело дыша и обливаясь потом, он вдруг почувствовал себя властителем мира. Он справился. Смотря сейчас вниз, на тот высокий склон, который он преодолел, не совершив ни одной ошибки, Нуска вдруг тихо засмеялся. Он ощупывал замерзшие руки и ноги, лечил их и продолжал еле слышно смеяться. Впервые с того дня, как лекарь покинул столицу, он был счастлив.

Уложив ножи и веревки в суму, Нуска продолжил путь в хорошем расположении духа. Даже такая маленькая победа грела его душу и наполняла верой в себя.

Лекарь не знал точно, где стоит искать. Эта гора была огромна, а ее склоны необъятны. Потому Нуска принял решение сначала проверить северный пик. Тем более что он уже почти расхаживал по самой вершине. На такой высоте дышалось тяжело, но это ни шло ни в какое сравнение с тем, что Нуске довелось пережить в Карборе и после, в столице.

Здесь было намного холоднее, чем внизу, а ветер не щадил. Обдуваемая всеми ветрами вершина ощетинилась, готовя для лекаря новые препятствия. Но он уже столько времени провел на этом h`aidgehl севере и столько ночей пережил, сотрясаясь от холода, что почти не ощущал той стужи, что превратила его лицо в одну красную и жесткую скорлупу от ореха.

Нужно искать место, где могут жить люди. На открытой местности здесь находиться невозможно, а, значит, поселение может располагаться только меж горных гряд. Среди возвышающихся скал вполне могла скрываться небольшая долина, бережно укрытая от беспощадных ветров.

И Нуска, оглядев белоснежное слепящее пространство, смог отыскать этот уголок. Даже если там никого нет, у лекаря хотя бы появится возможность передохнуть.

Эти мертвенно-белесые горы и небо невольно подталкивали на мысли о смерти. Нуска уже несколько дней не мог думать ни о чем другом. Он здесь один. Любой шаг может стоить ему жизни, а горстка сухарей в суме не прибавляет уверенности. Но отчего-то эти мысли больше не пугали. Наоборот, уже столько раз обманув смерть, лекарь надеялся провернуть это еще разочек.