Книга Пенрик и Дездемона. Книга 1, страница 53 – Лоис МакМастер Буджолд

В дверях он обернулся.

— Ах да. – Он показал на Пенрика. – Этот говорит правду, – палец переместился на Кли, – а этот лжет. Желаю повеселиться, распутывая этот клубок, Тиг. – И сварливо бросил через плечо: – А лично я возвращаюсь в Индау.

Двое рослых посвященных увели Кли, Пен не знал куда. С еще более вымученной вежливостью, чем прежде, Тигни предложил Пену передохнуть в его комнате. Пен, едва стоявший на ногах, не стал отказываться, как и Дездемона, которая хранила молчание.

Все скудные пожитки Пена были вытащены и разложены по кровати, хотя, кроме книги Ручии, вроде бы ничего не пропало. Вещи Кли пребывали в таком же виде, и впервые, осознав, что Тигни ни о чем не знал, Пен задумался, что вообразил святой, обнаружив прошлой ночью, что оба молодых человека пропали. Ему не удалось испытать сочувствие.

Он бесцеремонно очистил кровать, скинул влажную одежду, бросил одеяла Кли поверх собственных и залез в постель, более усталый, чем после самой тщетной охоты в снегу и слякоти. Он уснул и в тревожных снах видел бездонные глаза.

Он проснулся ближе к вечеру, умирая от голода, и отправился просить еду на кухню, где пропустившим прием пищи посвященным и служителям иногда удавалось добыть милостыню, в зависимости от настроения работников. Пену перепали черствый хлеб, неплохое пиво и перемешанные, но щедрые остатки обеда. Голод – лучшая приправа, вспомнил он к своей досаде слова матери, но не оставил на тарелке ни крошки.

Там, ссутулившимся за столом, его и обнаружила посвященная.

— Лорд Пенрик, – сказала она, – Просвещенный Тигни просит вас подняться к нему.

Она отвела его не в кабинет Тигни, а в более просторную комнату в задней части дома. Пен замешкался в дверях, разглядывая грозное собрание людей вокруг длинного стола. Здесь был Тигни и два старших святых в облачении Ордена Бастарда, а также один в аккуратном черном одеянии Ордена Отца, с черно-серой косой на плече; перед ним лежали тетрадь и перо. Рядом с ним сидел массивный мужчина, судя по должностной цепи на шее – городской судья. Женщина средних лет в изящном шелковом платье, на которое был накинут не менее изящный льняной фартук, выравнивала стопку бумаг и раскладывала собственные перья и чернильницу. Все собравшиеся уставились на Пена.

Очевидно, угодник отправился не в Индау, а обратно в постель, поскольку он восседал, одетый в обычное городское платье, в мягком кресле в углу. Его глаза были полуприкрыты, словно он дремал. К своему облегчению, сейчас Пен не ощутил в нем бога. Судя по всему, это безмерное отсутствие не оставило пустоты; освобожденный от мирской суеты, угодник вновь ждал своего Гостя.

Тигни поднялся и указал Пену стул за столом, лицом к окну. Отсюда он мог видеть каждое заинтересованное лицо – и все они могли видеть его.

— Просвещенные, ваша честь, миледи. – Последнее, вместе с уважительным кивком, было адресовано женщине в шелках. – Позвольте представить вам лорда Пенрика кин Юральд, из долины Гринуэлл, о котором мы говорили.

Тигни не стал представлять Дездемону. Пен думал, что она проснулась внутри, но по-прежнему хранила молчание – изможденная, опасливая (что, как он начал понимать, демонам было несвойственно), все еще испытывающая страх перед угодником?

Тигни сидел слева от Пена; судья выпрямился и хмуро посмотрел через стол.