Книга Пенрик и Дездемона. Книга 1, страница 103 – Лоис МакМастер Буджолд

Это была Ручия, подумал Освил. Он узнал ее энергичную манеру и немного испугался того, что способен на такое. Однако совет определенно был дельным.

— Нам нужно поговорить, – прошептал Освил Пенрику, который улегся в темноте прямо рядом с его кроватью.

— Да, но не сейчас. Завтра утром. Мне нужно подумать. – Пенрик натянул на себя одеяла. – И, да поможет мне белый бог, заняться сочинительством. Только Мира из Адрии была поэтессой, и она не владела вельдским, если не считать нескольких грубых выражений, которым ее научили клиенты. Я говорил, что она была знаменитой куртизанкой? Вот вам и сказки на ночь. Хотя не детские. Что ж, придется изловчиться.

Он повернулся на бок. Освил не мог сказать, закрыл чародей глаза или нет.

Ловец решил, что Инглису не выбраться из комнаты, не споткнувшись о собаку. Темнота навалилась на него, как одеяло, и он тоже уснул.

XI

В серых рассветных сумерках сонный Инглис сел и попросил Пенрика:

— Позволь мне омочить кровью нож.

Пен с сомнением оглядел его.

— Ты делал это каждый день? Во время своего бегства?

— Да.

Была ли в этом необходимость? Без сомнения, призрак Толлина по-прежнему пребывал здесь, пусть и в странной форме, намотанный на нож, словно тонкая шерсть на ручную прялку. Потускневший не больше, чем дух Скуоллы, печально сидящий на своем камне. И не меньше. Пенрику очень хотелось увидеть внутреннюю структуру этого шаманского ритуала. Есть идеи, Дез?

Это вне моей компетенции. Шаман Ручии продемонстрировал нам только свой заклинательный голос, пусть он ему и не помог. Его другие пленительные умения были исключительно человеческими. Хоть и, возможно, основывались на повышенном восприятии…

Пен прервал монолог, обещавший перетечь в долгие, пусть и скабрезные воспоминания. Похоже, решать придется в одиночку.

— Что ж, хорошо.

Брившийся перед умывальником Освил обернулся, сложил бритву и сунул в карман штанов, взял стоявший у изголовья кровати короткий меч, схватил Пена за руку, обогнул собаку и выволок чародея в узкий коридор, плотно закрыв за собой дверь. Он затащил Пена к лестнице и яростно прошептал:

— Вы спятили? Хотите вернуть ему оружие? Это оружие? Которое, хочу вам напомнить, также является жизненно важной уликой.

— Оно жизненно важно не только в этом смысле. Он не лжет насчет ножа. К нему действительно привязан дух Толлина. – Это напоминало неприятный зуд на грани восприятия, не совсем отлученная душа Толлина так близко к сердцу Пена. – Посмотрев, как он это делает, я смогу понять намного больше.

Глаза Освила вспыхнули.

— Ученые, – с отвращением произнес он. – Готовы сунуть руку в ведро с гадюками, лишь бы проверить, правда ли они кусаются.

На лице Пена мелькнула ухмылка.

— Когда я это увижу, пойму, действительно ли ему нужно делать это ежедневно, чтобы поддерживать Толлина. В таком случае вам придется позволить ему проделывать это каждое утро всю обратную дорогу до Истхоума, вместе с умыванием и бритьем.

— Бритву я ему тоже не дам.

Пен стал серьезным.

— Тут я с вами соглашусь. И все же попрошу вас быть наготове на случай внезапных поступков.

— Само собой. Как я понимаю, сталью можно убить и чародея.

— Вообще-то у Дез есть хитрый трюк на такой случай, хотя я по-прежнему не понимаю, как ей удается приравнять сталь к дереву. – И он определенно не позволит ей в мгновение ока превратить этот конкретный нож в облачко ржавчины. – Но, я думаю, Инглис скорее использует его против себя. – Хмурая мина на лице Освила не дрогнула, и Пенрик добавил: – Вряд ли объяснять самоубийство вашего пленника будет приятнее, чем объяснять его побег.