Книга Царь горы. Игра со смертью, страница 77 – Оксана Заугольная

Кирилл позволил себе легкий смешок.

— Как ты сюда попала, Настя? – вместо того, чтобы освободить ее от своих объятий, тихо спросил он. И вот теперь Настя все и правда поняла.

Настя с трудом оторвалась от темного золота глаз Кирилла и перевела взгляд на свою руку, где запястье плотно обжимал обманчиво легкий и простой браслет.

— Он должен был исчезнуть после горы? – прошептала она совсем тихо, не удосуживаясь убедиться, что Кирилл ее слышит. Но он слышал, конечно.

— Не исчезнуть, но буквы должны набраться чернил после прохождения черты, – он подхватил ее за локти, не давая упасть, когда ноги подогнулись. – Настя. Где ты должна быть.

— Если я прошла вершину… – Настя сглотнула. Сухие губы не слушались, каждое слово приходилось проталкивать едва ли не силой! – Если бы я прошла вершину, я бы попала в суперигру, так?

— Умничка! – обрадовался Кирилл. Странно так. Настя ждала его насмешек, обиды или ругани, но он был терпелив, нежно придерживал ее и снова пытался поймать взгляд. И Настя ему это позволила. Какой смысл смотреть на кого-то еще, если никого, кроме Кирилла, рядом и не было? И победы не было. И окончания кошмара на горе – тоже.

Она почувствовала холод. И пусть это было ничто по сравнению с тем льдом, который заморозил ее насмерть, все равно она быстро озябла, дрожь прошивала все тело.

— Давай, Настя, ты сможешь, – поторопил ее Кирилл. Что-то в его глазах было такое, что Настя поняла – со временем у нее и правда плохо.

Она зажмурилась. Темнота помогала лучше, чем золотые кругляши глаз змеелюда. Если это было испытание в ее голове. Очередное, проклятье на эту гору и ее хозяйку! Понять бы еще, что это было! Неужели медные трубы? Но разве… ах да. Они.

Значит, в какой-то момент ее реальность подменили этой иллюзией, и она по-прежнему находится на горе, все еще должна проходить испытания, и вопрос лишь в том, на каком этапе своего пути она остановилась. Что было реальностью, а что уже навязанным сном?

И тот факт, что рядом с ней был Кирилл, а не Виджей, заставлял думать о худшем варианте. Она все еще там, где ее оставил Кирилл, собравшийся посмотреть, кто идет к ним с другого края трещины. Никакого Виджея не было. Скольжения – не было. И поцелуя тоже.

Последняя мысль обрадовала Настю настолько, что она распахнула глаза и тут же зажмурилась, чтобы глаза привыкли к полумраку. Она угадала. За ее спиной был пристегнутый рюкзак, а за руки ее так же держал Кирилл, который выглядел точно так же, как и полчаса назад, когда оставил ее здесь. Или прошло всего лишь пять минут? Две?

— Надо выбираться из трещины, – увидев, что она пришла в себя, Кирилл не тратил время на объяснения. – Прямо сейчас!

Но Настя и сама уже догадалась, что дело плохо. Гора еле слышно гудела, мелкие камни падали, словно спелые желуди, а крупные грозно скрипели, словно собирались схлопнуть складку в горе, где они с Кириллом прятались.

— Там обвал, – все-таки удосужился пояснить Кирилл, волоча ее за руку за собой в ту сторону, где Настя уже была. Где ее подловил Виджей и скользнул вместе с ней.

Воспоминания были настолько яркими, что она завертела головой, едва оказалась на поверхности. Ей казалось, что вот-вот она увидит узорчатый хвост нага или его темную кожу. Но никого не было. Кустарник с пестрыми осенними листьями был чуть покрыт серебристым инеем, отчего казался сделанным из яшмы или какого другого поделочного камня. Багровые и темно-оранжевые плоды шиповника поблескивали на солнце. Настя нащупала термос, полагая, что глоток горячего напитка поможет ей четче определиться, где и в каком времени она находится.