Книга Царь горы. Игра со смертью, страница 121 – Оксана Заугольная

— Как ты это представляешь? – прокашлявшись, спросила она. От боли она разозлилась на Арсения и думать забыла про планы влюбиться. – Я уснула, измотанная бессонными блужданиями в горе, а этот… тяпнул меня за шею. Фонарик включить не удосужился, я тоже как-то не настроена была разбираться, что ему в голову ударило!

— Плохо, – Арсений вздохнул. – Это бы очень помогло.

Настя нахмурилась. Вообразить Семина тигром или акулой, который, «попробовав человеческой крови», становится людоедом и теперь начнет охотиться на людей с гастрономической жаждой, никак не получалось.

Подобравшийся же к ней в темноте Арсений вонзил что-то ей в руку.

— Ай! – Настя дернулась было, но Арсений держал крепко. Правда, быстро отпустил. – Что это?

Настя ожидала ощущение как после укуса Виджея, ведь ее каждый хотел если не убить, то лишить сознания, но Арсений бросил ставший ненужным шприц в какой-то пакет и спокойным голосом произнес:

— Вакцина. От столбняка. На всякий случай.

Настя нервно хихикнула.

— А я думала, от бешенства, – соврала она.

— Змеелюды не переносят бешенство, – все-таки у Арсения было чрезвычайно плохо с чувством юмора! – Даже болеют редко, только самые слабые, не прошедшие инициацию.

— Вы так быстро все инициацию прошли, – не смогла сдержаться Настя. – А там ведь много этапов.

Арсений мельком глянул на нее, но он был довольно близко, и Настя отчетливо различила на его лице страх.

— Этапы иногда идут вместе, – нехотя произнес он, отводя взгляд. – Никто на самом деле не проходит их четко по порядку, иначе не было бы никакого смысла тем, кто проходит инициацию вне игры.

Прозвучало это зло. Наверное, Арсений думал о том, как едва не погиб, а кто-то просто прогулялся в горы, и готово.

Настя вздохнула. Она решила спросить, что делать дальше. Уже светало. Шея ныла, но уже как-то привычно. Что теперь? Они будут сидеть тут и ждать, когда наконец кто-то закончит игру, или пойдут вперед?

— А кто победит, как ты думаешь? – вместо этого спросила Настя и шагнула в пустоту. Она не успела даже испугаться, хотя по расстоянию до земли было выше, чем в вертолете, когда она не хотела спускаться. Как давно же это было!

Короткий рывок остановил ее падение, и Настя снова оказалась в роли бесплотного наблюдателя. Она не испугалась и не расстроилась. В этом состоянии у нее не болела шея, не хотелось в туалет и, самое главное, не нужно было объясняться с Арсением, идти с которым куда-то Насте категорически не хотелось. А после того как он ее фактически спас, говорить это было особенно трудно.

Не сразу, но она поняла, что в этот раз видение отличается. Она не над той горой, где была, нет. Горы под ней менялись, какие-то были совсем голые, другие покрывали густые леса, третьи были заселены людьми так плотно, словно это была равнина. Но Насте не было никакого дела до того, как выглядят горы снаружи. Ее зрение словно испортилось, и вместо невероятных ландшафтов она видела одну сердцевину. Пустую и мертвую. Эти горы были лишены своих Хозяек. Хранителей и хранительниц. Как мертвый зуб без нерва, снаружи он мог оставаться таким же, но внутренняя пустота делала его все более хрупким. Такими были и эти горы. Настя видела это совершенно отчетливо.

А вот люди жили и взбирались по этим горам совершенно спокойно, даже не зная, что перед ними не гора как таковая, а лишь оболочка горы! Мертвая и ломкая. И не только люди. Настя прищурилась, приглядываясь получше. Ну да, все так и есть. Странными тропами, едва видными с того расстояния, где находилась Настя, в эти мертвые горы поднимались змеелюды. Почти как с Нинуцей, с юными неинициированными змеелюдами шли их родные. «Выгуливали» их в горы, неся с собой в термосах вроде такого, что был у Насти, теплую кровь.