Книга Услышь меня, страница 47 – Вера Окишева

— Любовь творит чудеса. Вы так рьяно рвётесь в бой, защищая её честь, а вот всплесков силы, о которых вы упомянули в рапорте, как не было, так и нет. Значит, это не вы тот, кто уничтожил вражеский крейсер.

Мурр рассмеялся, шагая вдоль белых стен коридора, кивая головой знакомым. Разговор набирал нежелательный оборот. Капитан выбирал немноголюдные проходы, ведя за собой и инспектора.

— Ах, вы об этом. Я уж подумал, вы решили увести у меня любимую. Я уже доложил гранд-мастерам, что сам не могу объяснить, что произошло во время боя. Все данные я передал для дальнейшего расследования.

— Вам не удалось убедить гранд-мастеров, что в вас просыпается сила. Вы как были пусты, так и остались.

— Возможно, — кивнул капитан.

Его утомило общение в коридоре, но и не хотелось провожать инспектора до своей каюты. Поэтому капитан терпеливо ждал, когда Шаер отбудет к себе.

— Может, раскроете секрет: кто этот таинственный телепат? Вы же точно знаете его имя, — наседал инспектор и даже позволил себе лишнего, пытаясь сломить неприступные блоки.

Капитан криво ухмылялся, глядя, как инспектора скрутил спазм боли, как он осел на пол и стал биться в конвульсиях.

— Любопытство не порок, но за него приходится расплачиваться, — тихо шепнул Мурр, присаживаясь над инспектором на корточки. Пооло оглядел пустой коридор, в который завёл Шаера, и приложил пальцы к его вискам. Стирать память для капитана было делом привычным, стирать, не оставляя за собой следов. Утратив большинство способностей, капитан скрывал те немногие, что были в его власти. В этом с Ритой они были похожи, только цели преследовали разные.

* * *

Долго ворочаясь в кровати, поняла, что я дура. Самая что ни на есть полная. Не поела — это раз. Ничего не объяснила Матиасу — это два. Любопытная — это три. Я перерыла всю галактическую сеть, пытаясь понять, на что намекал капитан Мурр. Что это за связь между телепатами? В маминых записях ничего подобного не было.

Задавшись целью испробовать на практике (всё равно сна не было ни в одном глазу), я, выставив блоки, решилась. Недолго думая, умылась, причесалась, накрасилась, потом передумала и смыла тушь. Ещё решит, что я готовилась заранее. Покопалась в вещах, надела чистое бельё.

Пощипала щёки, покусала губы. Естественная бледность не всегда красит. Вышла в коридор и пошла. Сначала решительно, чеканя шаг. Но чем ближе была заветная дверь, тем быстрее таял порыв, как снег от весенних лучей солнца.

И что я ему скажу? Привет, я тут подумала, что была с тобой груба? Какие глупости в голове, аж тошно. Коридор мужского блока никогда не пустовал, поэтому разворачиваться на полпути было не с руки. На меня кидали заинтересованные взгляды, подбадривающе улыбались. Мимо меня проходили и парочки, которые спешили уединиться, и просто солдаты. Помявшись перед каютой Матиаса, я позвонила, озираясь по сторонам. Уже ни для кого не было секретом, что мы с Матиасом нравимся друг другу, поэтому моё появление перед его дверью было делом времени.

Наверное, стоило всё же вначале позвонить ему. Подняла руку, нашла в списке комфона лейтенанта Сальвареса и нажала на вызов. Матиас ответил очень быстро. За его спиной виднелись привычные стандартные стены каюты, а также головы любопытствующих парней.