Книга Петли времени — узор судьбы, страница 28 – Вера Окишева

И это была зависть. Я гнила изнутри этой завистью к чужому счастью, ощущая себя покинутой и брошенной. Я же влюбилась. Он приходил в каждый мой сон. Каждую ночь я посвящала ему. Я сама себя ненавидела за эту странную зависимость от властелина моих снов.

Днем я разыскивала в архивах хоть одно упоминание Кориона в летописях, в легендах и даже просто в сказаниях. Но его словно никогда не существовало. Даже в древе родословной императоров нет даты его смерти. Я читала статью уважаемого историка о том, что родословную восстанавливали после ужасного переворота в 9252-ом году, когда клан Радах сверг императора Атаги, казнив его прилюдно на городской площади. Его и всю его семью. Тогда-то и случился пожар в императорском архиве, уничтоживший очень много драгоценных книг.

Именно по этой причине дата смерти наследника Ватиона неизвестна, о ней не было упоминаний в спасенных летописях. Поэтому все, что у меня осталось на память о той невероятной ночи, когда я влюбилась, это спрятанная в коробку традиционная одежда, амулет на шее да браслет.

Я достала его, рассматривая в свете уличных фонарей. Вот уже практически год таскала его везде с собой в надежде, что однажды он вновь перенесет меня в прошлое. Ждала, надеялась и верила, но все напрасно. Камни, как и прежде, были теплыми, кроме одного. Он стал холодным на следующее утро после моего пробуждения.

Надела браслет, любуясь тем, как красиво он обвивал мое тонкое запястье, а затем поправила рукав пиджака и поставила бутылку между ног, обтянутых стильными брюками. Я теперь деловая дама и соответствовала образу. Алый бант блузы красовался на груди, пиджак расстегнула, устав от официоза. Поэтому и сбежала сюда, на набережную, подальше от шумной компании друзей Тима и его возлюбленной. Тяжело терять друзей. Чувство одиночества возросло троекратно.

Нет, я понимала Тима, Эмбер Фаер была великолепной девушкой. Красавица блондинка с огромными серыми глазами, в которых мой лучший друг и утонул. Сам признался. А я лишь поздравила его с первой любовью.

Грустно вздохнула, прижала бутылку к губам и запрокинула голову. На небе ни облачка, зато миллиарды звезд. На запястье блеснул браслет. В душе растеклась горечь, забивая привкус красного полусухого вина.

Я деловая дама, которая все еще не могла позволить купить себе что-то настолько же дорогое, как браслет из магензия.

С губ сорвался очередной вздох разочарования, я сделала внушительный глоток, а затем ахнула, когда увидела, как налился светом один из камней браслета, а затем и мои руки, из которых выпала бутылка элитного вина.

Нет. Я вся засветилась. Еле сумела удержаться от радостного визга. Неужели я опять увижусь со своим женихом? Как же я соскучилась. Год. Как же это долго.

Проморгавшись, я увидела, что нахожусь все еще на набережной, которая сильно видоизменилась. Была ночь, я сидела на деревянных перилах, отделяющих мостовую от самой пристани. Рядом на приколе стояли старые огромные грузовые суда. Таких даже в музеях уже не встретишь. Видимо, я попала в эпоху раннего Тмеха или же Радах.

— Здорово, — пробормотала, оглядывая пустынную пристань.

Уличные фонари поредели и тьма сгустилась. На небо набежали густые низкие тучи, и подул промозглый ветер, бросив волосы прямо мне в лицо. Сейчас явно не лето, из которого я переместилась. Невольно передернула плечами и применила обережное заклинание от ветра, которое поддерживало температуру вокруг меня, уютную моему организму. Заодно изменила одежду на более подобающую данному времени. В эпоху Радах женщины носили неяркие длинные платья в пол с глухим воротом. Наколдовать себе что-то подобное, увы, не могла, но прикрыться иллюзией (спасибо Тиму, натаскал за год) сумела.