Книга Петли времени — узор судьбы, страница 112 – Вера Окишева

Я усмехнулась, интересно, а Эмбер рядом и все слышит? Мне нужно готовиться к новой порции ревнивых оскорблений?

Награждение было назначено на завтра. Интригу о том, кто же лауреат, держали до последнего, как всегда, а я вот сиди на диване в гостиной и думай, в каком платье не стыдно появиться перед очами императора, чтобы не опозориться. Я не всеведуща в моде, могла и прогадать. Поэтому решила поискать стилиста, которого в нашем захолустном городке не было. Потом до обеда читала модные журналы, чтобы хоть немного представлять во что одеться, ну а после того как подкрепилась, до самого вечера бегала по магазинам. К ночи устала так, что ног не чувствовала, но зато завтра буду во всеоружии.

И только когда села на диван, вдруг осознала, что именно завтра мне предстоит — встреча с императором Дэротом в императорском дворце.

Интересно, а он не узнает меня? Хотя столько лет прошло, нет наверное. Такие мимолетные встречи обычно выветривались из головы. Да и кто я такая, чтобы такие важные личности меня запоминали. Опять же на мне амулет, а значит, все будет хорошо, чего я разнервничалась? И уже премия не нужна. А она нужна, это же грант, можно заниматься тем, чем захочется, и даже вытащить на свет несколько драгоценностей из сундучка, а не все бедной родственницей ходить. Эх. Завтра буду богатой и знаменитой. Но все равно нужно ярче накраситься, чтобы уж наверняка не вспомнил.

Покрутившись еще немного на кровати, я все же смогла уснуть, правда вскочила с утра пораньше. К трем надо было быть в столице. До вылета самолета еще три часа, я сильно нервничала, собиралась чуть ли не впопыхах. Потом еще соседство с Эмбер, терпеть ее недовольство, что медовый месяц пришлось сдвинуть на целый день. Мы с Тимиолом обсуждали наш успех и всенародное признание.

Когда самолет садился на посадку, я поняла, что сильно нервничаю, так сильно, что стала реагировать на нытье Эмбер. Меня мелко потряхивало, и Тим, как истинный кавалер, конечно же успокаивал меня, а его жена ревновала.

С трудом дождавшись заселения в гостиницу, я с большим облегчением отчалила к себе в номер, где первым делом забралась в душ, чтобы привести свои эмоции в порядок. Я совершенно выбилась из сил, и нужно было успокоиться, но мысль о том, что император может меня узнать, не давала покоя. Я с таким пристрастием осматривала свое отражение в нарядном голубом традиционном платье, что мигрень заработала. Нервы никуда уже не годились.

Еще и Эмбер добавила, когда мы с ними встретились в холле гостиницы, сказав, что я слишком вызывающе накрасилась, хотя Тимиол сказал, что я восхитительна. Вот и кому верить после этого? Ревнивице или мужчине, который не видел во мне женщину, но был восхищен моей красотой? Не удержавшись, высокомерно хмыкнула и прошла мимо злопыхательницы. Она в своем бордовом платье выглядела не так ярко, как я. Увы, замужний наряд не предполагал броскость, так что пора Эмбер привыкать к приглушенным цветам. Но все это она компенсировала украшениями, из коих у меня был лишь амулет да серьги. Еще я надела браслет Кори, спрятав его под рукав. Он придавал мне уверенность в себе, и казалось, что с ним я ближе к любимому.

В такси чуть не покусала Эмбер. Она меня просто достала. Вот не знала, что можно быть такой непробиваемой дурой и ревнивой дрянью. Тимиол, как мог, успокаивал свою жену, которая никак нам с ним не могла простить тот поцелуй. Я устало спросила у друга, а не хочет ли он повторить, так сказать, доказать жене, что между нами ничего нет. Так та вместо того, чтобы пойти на следственный эксперимент, взвилась, что я разрушаю их семью. Гляньте-ка, один день замужем, а у нее семью уже разрушают. Кто еще разрушает надо посмотреть. В итоге, стоило нам войти в нижние палаты императорского дворца, как я поняла, что все, не могу, мне надо уединиться, а то я точно кому-то блондинистые волосы повыдергиваю. А когда я оказалась в туалете, в узкой кабинке, сидящая в прекрасном платье на крышке унитаза, меня прорвало. Я разревелась и дала слабину. Захотелось к Кориону. Нет, не специально, просто вспомнила о нем, позабыв, что браслет на мне и остался последний камень с магией. Жутко взвыв от досады, я тут же замолкла, когда упала на палубу корабля. Распахнув неприлично рот, я оглядывала неряшливых мужчин, что столпились вокруг меня, побросав свои дела и с интересом рассматривая.