Книга Петли времени — узор судьбы, страница 106 – Вера Окишева

Пока я еще могла спокойно дышать, и глаза не разъедало от дыма, но надолго ли хватит воздуха? Магия моя была бесполезна, а огонь полз ко мне, словно привязанный.

Мне больше некуда бежать, моя жизнь висела на волоске, алые языки пламени подбирались к моим босым ногам, и я молилась, чтобы пришел Корион. Только он способен спасти меня, вытащить из очередной передряги. Языки пламени поднялись высоко, облизывая полки с древними свитками, пробирались к крыше, когда вдруг сквозь огонь шагнул черный силуэт. Мой Темный Властелин, словно услышав меня, появился, переместившись порталом. Я чувствовала его магию, рванула к любимому, не боясь шагать по обуглившимся половицам.

Мой мир сейчас был заключен в объятиях Кори, которые надежно укрыли меня от разбушевавшейся огненной стихии. Всего шаг и мы оказались в спокойствии его логова, где Кори сел на кровать, усадив меня привычно к себе на колени. Я не выдержала и разревелась.

— Я так испугалась, — прошептала я, не веря, что спасена и все осталось позади. Я ведь была уверена, что в этот раз все для меня закончится плохо.

— Рада, Рада, — вместо ответа услышала я над своей головой, и было в голосе любимого что-то такое, словно он меня в чем-то осуждал.

Воззрившись на дракона, поняла, что он надо мной смеялся. Я фыркнула, приходя в себя и отпуская свой страх. Я с Кори, а значит, все будет хорошо и не могло быть иначе, пока я рядом с ним, на его коленях, в его руках.

— Что? — удивленно спросила, а затем заметила выразительный взгляд на свитки, которые я так и не выпустила из рук. Точно, свитки. Раскрыв один, поделилась своим восторгом с любимым: — Кори, смотри, что я успела спасти. Эта летопись датирована аж двухтысячным годом от создания мира. Здорово, да? Это стихи мастера Угаи, которые мы в лаборатории изучали более полугода. А меня еще заставили переводить их на современный язык. Мастер Угаи был в свое время весьма известным, служил при императорском дворе, хотя сам был из простолюдинов, однако снискал уважение среди потомков драконов.

Я говорила, а Корион словно не слушал, и я умолкла, когда его пальцы, рождая гамму приятных ощущений, зарылись в волосы на затылке, сжали их, а мой рот накрыли ищущие страсти, нежности и любви жадные губы. Я потерялась в этом урагане эмоций, который обрушил на меня Корион. Цеплялась за его шею, гладила плечи, млея, медленно умирая от желания, от переполняющей мое сердце любви. Как же сильно я скучала по любимому. Скучала и радовалась каждой секунде, что мы вместе, надеясь, что в этот раз не расстанемся никогда.

А когда воздух в моих легких закончился, дракон отстранился, любуясь моим пылающим от смущения лицом. Я же гладила его щеки руками, наслаждаясь нашей близостью. Его аура, словно теплый палантин, легла на плечи, согревая, изгоняя все черное из души, даря свет своей любви, свои истинные чувства, которые я видела в пылающих живым огнем глазах. Мой дракон.

— Какой это прыжок?

Я улыбнулась его вопросу. Здесь он еще не знал моего будущего. Интересно, а в каком году горела императорская библиотека? Кажется, лишь раз, в 9252 году, во время кровопролитной смены династии Жим на Радах.

— Девятый, — ответила и тут же прикусила язык из-за начавшегося форменного допроса.

— Как ты в меня влюбилась?