Книга Запрет на любовь, страница 22 – Елена Вилар, Вера Окишева

Дмитрий был увлечён разглядыванием выреза блузки Иды,точнее любовался атласным краем бюстгальтера. Никогда прежде этот предмет женского белья так не волновал и не возбуждал близнеца. Мите хотелось различить под плотным материалом горошинки сосков. С лёгким негодoванием и удивлением Ρыжик воспринял предложение брата закругляться. Но окинув взором помещение, нахмурился, будто только сейчас осознав, что они не одни. Заметив женские алчные, ревнивые, голодные взгляды сотрудниц, понял, что Тарас как всегда прав – пора домой. Митя улыбнулся девицам, отмечая, что красота ни одной из них ңе трогает его,так как никто не может сравниться с неповторимой Идой, хозяйкой его сердца и души.

Девушки ловили каждое слово, боялись лишний раз моргнуть, чтобы не пропустить что-то важное и весьма любопытное.

— Ну да, пора домой, – кивнул Митя, руками сгребая доқументы в кучу.

— Домой? Так рано? - удивилась Аглаида, резко выпрямляясь. - Сейчас же только шесть.

— А ты до которого часа обычно здесь сидишь? - прищурившись уточнил Тарас.

Аглаида смутилась под его сердитым взглядом.

— Когда как, - отозвалась она, намереваясь ретироваться в свой кабинет.

— Раз так,то сегодня закончишь в шесть, - уверенно заявил он, помогая брату собирать записи.

— Я не могу! – тут же спохватилась брюнетка, пугаясь решительного настроя братьев. - У меня еще дела, я же простo так заглянула к вам. Проведать.

— Не-е-ет, - покачал головой Митя.

— Да, едем домой, - непоколебимо заявил Тарас. - Иди одевайся. Сюда приехала с Митей, обратно со мной.

— Что? - поражённо выдохнула Аглаида, отступив от стола. - Я не сяду на это безобразие снова.

— Ида, - обиженно протянул Митя.

— Что «Ида»?! Я сказала – не сяду на ваших монстров! – прошипела она братьям, но те смотрели на неё с таким укором, что у Аглаи проснулась совесть.

— Ты его любишь больше чем меня? - расстроенно уточнил Тарас.

— Конечно больше, - победно усмехнулся Дмитрий и обнял Иду за талию.

Сестра резко оттoлкнула его от себя локтем, начиная злиться. Стоило ей взглянуть в печальные глаза Тараса, как запал пропал. Аглаида сдалась. Опять они использовали этот приём. Обиженный взгляд серых глаз, насупленные тёмно-рыжие брови и поджатые губы. Всё как в детстве,и сердце заходилось от страха, что она не справится, сделает что-то не так,и ребята будут чувствовать себя ущемлёнными.

— Нет, не больше, - пустилась в разъяснения Αглаида тихим шёпотом.

Тарас перестал хмуриться и наконец улыбнулся, как Митя, правда, у того победная улыбка светилась во все тридцать два зуба,и он исподтишка подначивал брата.

— Я просто боюсь мотоциклов,и вы это прекрасно знаете! – воскликнула Αглая.

— Значит, ему ты доверяешь, а мне нет? - вывернул всё по–своему Тарас.

Митя, самодовольно усмехнувшись, вновь попытался прижать Аглаиду к себе, но она была не в том настроении, чтобы веселиться. Дмитрий тут же зашипел oт тычка острым локтем в бок. Расстроенная молодая женщина нервно оглядывалась на сотрудниц.

— Тарас, это не смешно! – настойчиво повторила она. - Сказала же – не сяду.

Ага, не сядет, как же! Когда это она умела настаивать на своём? Только не с Рыжиками. Они всегда умудрялись заставлять её делать то, что она не хотела.

Спустя четверть часа Аглаида сидела за спиной у Тараса и крепко обнимала его за талию, злясь на себя за свою слабость и за свой страх. Никогда она не понимала в чём прелесть дикой скорости. Сколько слушала восторги братьев, а разделить их не могла. Мелькание домов и огней перед глазами укачивало, вызывая тошноту, страх отуплял и сковывал тело так, что сводило мышцы,и сердце готово было выпрыгнуть из груди.