Книга Кащей и Иван, страница 32 – Вера Окишева

— Да, — ответил юноша, кидая косой взгляд на Бессмертного.

— Ты дурак, Иван! — взвилась Василиса.

— Я всю жизнь у вас дурак, — спокойно молвил ей в ответ Ванюша. — Да только отчего-то без меня, дурака, жить не можете. Я пусть и дурак, зато дуракам закон не писан. Я бы на твоем месте тоже стал дурочкой, пока не стало слишком поздно.

С этими словами Иван поклонился опешившему брату и сказал ему на прощание:

— Идите домой и больше не приезжайте сюда. Тут земли Кощея. Люду сюда хода нет.

Василий, было дело, хотел послушаться брата, но заметил, как Бессмертный улыбнулся Ивану, и как тот, смутившись, отвел взгляд.

— Постой, Иван, — окликнул брата Василий. — Ты что же, домой не вернешься?

— Он уже дома, — тихо ответил Кощей за Ивана, толкнул коня под бока, приближаясь к брату Ивана. — И вам пора домой воротать, пока я терпеливый.

Василий вздрогнул от того, как зло сощурились черные глаза Бессмертного, как заострились черты лица. Василиса тоже сжалась под взглядом Кощея и поникла.

Развернул царь коня и пустил его вскачь, поскорее захотелось Василию оказаться подальше от страшного злодея. Не понимал он брата, который остался рядом с Бессмертным.

— Василиса, о чем говорил Иван? Ты меня не любишь? Не мил я тебе стал?

Василиса хотела успокоить Василия, да вот только язык онемел и не слушался, да слезы из глаз хлынули.

— Василиса, — тихо позвал Василий, останавливая коня.

Но жена только пуще прежнего зарыдала, уткнувшись в грудь Василия.

— И кто же по сердцу тебе, жена моя? — грозно спросил Василий, понимая, что брат врать не станет, честный он.

Василиса подняла глаза на него, и увидел мужчина в них испуг и отчаяние.

— Говори, — потребовал он, тряхнув жену, заставляя ответить. — Говори же, неверная, с кем шашни водила? Не с Иваном, так не с Кощеем ли?

— Что ты, Василек, — испуганно прошептала Василиса, понимая, что муж в гневе. А рука у него тяжелая.

Василий как представил, что Василиса миловалась с Бессмертным, и что Иван предал брата, оставшись с ним, так совсем помутился разумом. Ударил Василису наотмашь. Да не рассчитал силу. Охнув, упала жена с коня, да только не на землю, а в объятиях молодца, подоспевшего ее подхватить.

Василий испугался за Василису, когда понял, что не успевает поймать, но, завидев ее в объятиях другого, незнакомого мужчины, взвился, выхватил плеть из сапога да замахнулся.

— Отойди, холоп, от жены моей! — вскричал он.

— Василий, остановись! Что же ты делаешь? — пытался остановить его подоспевший Иван, перехватывая кнут рукой.

Но вмешался Кощей, схватил руку Ивана и дернул кнут на себя. Свалился царь на землю. А Ивана поддерживал сам Бессмертный.

— Василий, ты что делаешь? — вскричал на царя Иван, соскочил с коня и бросился к брату.

— А что мне делать? Коли любимая жена с другим милуется! Что мне делать остается, Иван?

— Отпустить, но не бить же, — возмутился юноша, помогая встать царю.

— Опозорить меня захотели? Высмеять на весь мир? Жена она мне. Жена! — гневался Василий.

Он прожигал всех собравшихся бешеным взглядам. Особенно Василису, которая пряталась от него в объятиях другого.

— Отойди от нее, холоп! Нече тебе царицу прижимать к себе! Не твоя она!

— Моя, — еле сдерживаясь, процедил Серый Волк, сильнее прижимая к себе любимую.