Книга Единственная, страница 78 – Вера Окишева

Отойдя от Тима, я пошла за Кёске, боясь что он узнает о чем я думаю. Надо быть хитрее его, и все у меня получится. Я справлюсь, нужно просто потерпеть.

* * *

Лаборатория мне очень понравилась. Если вначале я еще слушала, что мне говорит Кёске, то потом даже не заметила, как осталась одна. Тут было все, о чем я могла мечтать. Практическая лаборатория была настоящим полигон для испытаний поражающим степенью своей безопасности и складом запчастей. Со слезами на глазах я рассматривала сокровища, которые прежде добывала с таким трудом, тут это было в свободном доступе. Я ходила, с детским восторгом рассматривая полки, мне хотелось попробовать все, потрогать, в конце концов, начать творить!

Села в кресло и стала глупо улыбаться. С чего начать, я просто не знала. Наверное, так и просидела бы до вечера, если бы не зашел, как я думаю, Тим, во всяком случае, одет он был все в ту же форму капитана.

— Госпожа, время ужина, — сказал робот.

— Я не хочу. Иди ко мне, радость моя, — позвала его к себе.

«Ну, раз ты у меня, оказывается, управляемый, значит, будем это исправлять», — мысленно я обратилась к любимому.

Робот послушно подошел ближе, ехидно улыбаясь. Я ответила ему такой же ухмылкой и ровным голосом приказала:

— Ляг на стол.

С трудом дождавшись, когда Тим исполнит приказ, подошла к нему и нежно погладила по волосам. Как бы не было страшно, но таким мне Тим был не нужен. Печально вздохнув, приказала роботу:

— Отключение.

После того как он отключился, я вскрыла его блок управления.

— Ну что ж, мистер Кёске, посмотрим кто кого. Яра, заблокируй двери, никого не впускать!

— Выполнено, госпожа, — отозвался компьютер.

Как ни странно, в работу я ушла с головой, подручные роботы работали слаженно, быстро и четко. Компьютер подсказывал, тестировал, помогал.

Лишь когда меня обняли горячие руки японца, испуганно взвизгнув, вернулась в реальность.

— Злата, я понимаю, что ты очень занята, но надо поесть, — ласково сказал мужчина.

— Как ты вошел? — спросила я.

— Любимая, ты приказала Яре никого не впускать. А разве я никто? Я — Кёске, человек, я мужчина, я твой любимый. Для тебя я очень важный человек. А никто — это посторонние люди. Так что Яра меня впустила, — весело ответил японец.

— Я не понимаю, скажи нормально. Как ты вошел? — потребовала я ответа.

— Ну, просто все дело в языке, любимая. Яра программировалась на основе японского языка. А в нем очень много иероглифов. Надо только правильно выбрать нужный. Я люблю логические загадки, особенно люблю их разгадывать. А еще мне нравится тебя дразнить. Когда ты возмущаешься, у тебя глаза красиво блестят и щечки краснеют. Ты просто великолепна! — нежность, с которой он мне сделал комплимент, заставила меня чуть ли не сгореть от смущения.

— Ты обещал не обходить приказы, — прошептала я, отступая от мужчины, и отвернулась от его жаркого взгляда. Он пробуждал во мне те чувства, которые я не была готова отдать ему. Они принадлежали Тиму, и только ему!

— Я этого не обещал, — тихо ответил Кёске.

— Все равно, не делай так больше, — попросила его я, правда, не надеялась, что он меня послушает.

— Это страшно? — спросил японец.

Я резко обернулась, смотря ему в лицо. Он не улыбался, а просто наблюдал за мной. Зачем он говорит словами Тима? Должен же знать, что для меня это больно.