Книга Единственная, страница 58 – Вера Окишева

— Злата, давай уже в путь собираться. Все уже ушли, только твой раб остался. А ты на мне все висишь и висишь, — ровным голосом ответил мне Тим.

Он настойчиво отцепил меня и развернул лицом к Джону, который с каким — то странным выражением смотрел на меня. Красота! Надеюсь, ничего лишнего он не слышал.

Закинула самый легкий рюкзак за спину, остальное оставив на робота, подошла к все еще ждущему меня Джону.

— Злата, можно нескромный вопрос? — как-то нервно начал Джон.

Я улыбнулась ему, как могла, нежнее, ответив:

— Нет, нельзя. Ты сейчас какую-нибудь глупость скажешь, от которой ни тебе, ни мне лучше не станет. Показывай дорогу, раб мой.

Весело подмигнула ему и пошла вперед, но Джон, схватив за руку, развернул меня к себе лицом.

— Нет, я все же спрошу. Он же робот, Злата! Как ты можешь с ним? Ты здоровая девушка, тебе о семье надо думать, о детях. А ты с ним целуешься и не стесняешься. Как будто тебе лет шестьдесят и на тебя уже мужики не смотрят. Это ненормально! Я готов тебя взять в жены! У нас будет куча детей! Я же вижу, что тебе нравлюсь! И со временем ты меня полюбишь! Я обещаю, что все сделаю ради этого! — с жаром говорил мне Джон, больно держа меня за плечи.

А потом наклонился, желая поцеловать. От такой прыти я ж опешила, пытаясь уклониться от его губ. Керри, видя мое сопротивление, обхватил мое лицо ладонями, а я уперлась в его грудь, с силой отталкивая его от себя. Но силы, конечно, были не равны, и он меня поцеловал, противно елозя языком. Не остановился, даже когда у меня от обиды слезы выступили. Ему, по-моему, даже понравилась такая моя реакция на него. Извращенец!

И вдруг такие знакомые руки обняли меня за талию со спины, а в затылок ехидно посмеялись. Джон, заметив появление Тима, отпустил меня. Робот ловко задвинул меня себе за спину.

— Ей не понравилось. Слабовато целуешься. А хочешь, научу? — спросил Тим у Джона и, не дождавшись ответа, присосался к его губам.

Вид выпученных от ужаса глаз Джона бальзамом лег на мое сердце. Нервы у меня не выдержали, и я упала на колени, истерически смеясь. Слезы текли, не останавливаясь. От смеха я не могла вдохнуть полной грудью.

И как только Тим отпустил обиженного Джона, тот умчался вперед, напоследок наговорив гадостей о моей родословной и профессии. А я все никак не могла успокоиться, извиваясь от смеха на траве.

— Может, мы тоже уже пойдем, или ты так и будешь в грязи валяться, — сказал Тим, ехидно ухмыляясь.

— Ты бы видел его лицо в этот момент, а глаза-то, глаза… Ой, не могу, держите меня семеро… Ну Тим, ну удружил. Я же теперь спокойно ему в лицо смотреть не смогу. Заливаться смехом буду в приступе истерики, — с трудом выговорила я, пытаясь подняться на ноги.

Наконец, успокоившись и собрав сумки, мы двинулись вслед за командой. Ближе к вечеру я поняла, что мы не можем догнать ее. Тим упорно уверял меня, что мы идем правильно. В итоге заночевать нам пришлось одним. На ужин мне была вкусная каша. Пока я просматривала новости, робот разбивал палатку.

— Что-то пираты разлетались. Опять ограбили звездолет, выживших нет. Ужас какой! Нигде нет спокойствия! И главное военные их поймать не могут. Вот куда надо направлять усилия, товарищи воины, а не меня по системе гонять. Чудики, — припечатала напоследок нерадивых вояк и захлопнула новый коммуникатор. Вымыть посуду мне не дали, все так и уложили в мой рюкзак.