Книга Когда в сердце пылает любовь, страница 120 – Вера Окишева

Домой решила не заходить, с опаской проходя мимо дома, косясь на то, как на крыльце тёмная выговаривала что‑то Хани. Она размахивала руками, указывая куда‑то, отчитывая брата. Вот же угораздило его влюбиться. Наши с Хани глаза на миг встретились, но я быстро отвела взор и поспешила вверх по улице.

— Хэни, стой! — раздалось за спиной.

Я, приподняв подол платья, потрусила по тротуару, слыша, как брат настигает.

— Стой, кому говорю! — рычал он. — Хэни! Стой, а то хуже будет!

Прохожие в изумлении смотрели на меня, даже останавливались, но что радовало — сторонились, и я побежала, наплевав на этикет и правила приличия. Вот уж точно не остановлюсь. Не сейчас, когда решается моя судьба.

— Хэни, стой!

Бегать, придерживая подол, куда неудобнее, чем носиться в брюках. Не удивительно, что брат меня настиг, не дав мне пересечь фонтанную площадь, и развернул, дёрнув за плечо. Я возмущённо отступила назад и попыталась отцепить пальцы Хани на своём плече.

— Кто это такая? Ещё одна Хэни? — удивлённо взвыла ДарриШэль, появляясь из‑за спины брата. Она презрительно прищурилась, став ещё более страшной, чем была. Ей куда было лучше с жёлтыми глазами, и она это знала, поэтому и нервничала, что брат её разлюбит.

— Нет, любимая, это моя сестренка и, кажется, она опять решилась на очередную глупость.

— Вовсе нет. Это не глупость, Хани! — возмутилась я, наконец, сумев сдёрнуть его руку и отойти подальше. — Я хочу замуж! Я и так слишком долго к этому шла, чтобы ждать ещё. Если Трибор не хочет жениться — это его проблемы, а я ждать не собираюсь.

— Но, Хэни, не в таком же виде ты собралась замуж! — возмущённо окинул меня рукой брат. — Ты старая!

— Любовь моя, ну хочет она быть старой, пусть будет, — резко изменила тактику Дарри, обнимая брата за талию, прильнула к его боку, ехидно поглядывая на меня.

Я обиделась. Смотрите на неё, думает, что я старо выгляжу и сразу стану никому не интересной? У меня нет комплексов по поводу внешности. То есть теперь нет, а то, что было раньше — это не в счёт. Да и вообще я самодостаточная личность, как сказала матушка, и мне не нужно ничьё мнение. Правда, при этом она имела в виду мою подмоченную путешествием в обществе мужчин репутацию и настаивала, что со свадьбой надо подождать. Но суть я уловила. Чужое мнение для нашей семьи как комариный писк — неприятно, но терпимо. А если что, то комара можно и прихлопнуть.

Я улыбнулась шире этой тёмной. Характер у неё как был противный, так и не меняется. А после того как она узнала, что её отец был моим рабом, и вовсе взъелась на меня и делала всё, чтобы разлучить меня с братом. Оккупантка! Выражаясь историческим языком.

Поглядывая на оживлённую площадь, уговаривала себя не бить её на радость прохожим, которые и так в ожидании развязки собирались вокруг нас. Я подбочилась и надменно ответила ДарриШэль:

— Дорогая, мой любимый меня будет любить с любой внешностью, даже если я вдруг стану мужчиной. Проверено, так что не злорадствуй. Мне ни к чему переживать о внешних изменениях. Я всегда прекрасна и для всех моих любимых мужчин, правда, Хани, — повела плечом и тепло улыбнулась брату. Тот закатил глаза, при этом сжимая руки вокруг взбесившейся любимой.

— Хэни, ты избалованный ребёнок. Матушка тебя съест, ты понимаешь это?