Книга Операция: «Украсть душу», страница 148 – Ольга Гусейнова, Вера Окишева

Я очнулась в капсуле с ощущением, будто проспала сутки после посещения спа-салона. Неожиданно на крышке, а не в мыслях, отразилось мое ошарашенное лицо – чистенькое, свеженькое, голубые глазки сияют, губки яркие и розовые, волосы красивой золотой волной раскинулись по ложементу. Красотка!

Насладившись собственным видом, шепнула в пространство: «Спасибо, Мегамозг!» Надеясь, что все прошло как задумано, потому что мне в голову никто с картинкой не лез. И мое выше всех похвал отражение мне продемонстрировали с намеком, что я красотка и пора дальше работать над «размножением и почкованием». Мегамозг – он такой, до мозга костей сводник, неисправимый.

Когда крышка отъехала в сторону, над капсулой склонился улыбающийся Тино-фей. Такой счастливый, довольный и… влюбленный. Я даже всхлипнула от облегчения, ведь если Тимофей счастлив, значит, все прошло успешно! Он подхватил меня под спину и колени, вытащил наружу и впился в мои губы жадным поцелуем. Успокоились мы нескоро…

Наконец я смогла оглядеться. Адис сидел, прислонившись к кубу, с легкой безуминкой на лице – у меня нет сомнений, что налаживал связь с симбионтом. Да-а… неужели я так же придурковато выглядела, то хмурилась, то улыбалась, то удивлялась, строя недовольные рожицы и шевеля губами?

Мегамозг, сидевший напротив Адиса на корточках, словно мои мысли услышал, посмотрел на меня и кивнул с улыбкой. Боже, неужели мы по-прежнему связаны, и он слышит мои мысли? Мегамозг усмехнулся и отрицательно покачал головой. Значит, точно слышит, еще и дразнится.

— У тебя все на лице написано, – неожиданно рассмеялся Тино-фей, а до меня дошло, что я бубнила вслух о своих страхах.

Засада! Это последствия всяких принудительных слияний!

— Любимая моя, звездочка моя маленькая, – с умилением посмотрел на меня Тимоша и прижал к себе крепче.

— Мою блокировку почти снесли, пора вносить изменения, раз слияние завершено, – оповестил нас Игл, укоризненно глянув на Мегамозга.

— Прости, Игл, я очень старался замедлить свой функционал и скорость реагирования системы на атаки, – виновато оправдался Мегамозг.

Но Игл проигнорировал извинения «просто интеллектуальной системы», в один ряд с живыми разумными существами он его вряд ли когда-нибудь поставит. Его пальцы запорхали в воздухе. Мне не было видно, как выглядит система управления, и казалось, что суперИгл дирижирует.

— Подтверждаю, внесено базовое изменение – Душа имеет право менять протокол регламента системы, – неожиданно произнес механическим голосом Мегамозг, тем самым, каким при знакомстве разговаривал со мной.

Игл замер с зависшей в воздухе рукой.

— Мы можем попробовать вернуться домой… – выдохнул он впервые настолько эмоционально, что его бесцветный голос дрожал.

— В этом случае вы умрете сами или погубите свой мир. Если он еще существует или не изменился, – спокойно предупредил Мегамозг.

Наконец Адис, тряхнув головой, встал и с улыбкой обвел нас взглядом:

— Я согласен с моим новым другом, Мегамозгом. Возвращаться самим и возвращать всех обитателей улья в места их прежнего обитания нельзя ни в коем случае. Мы погубим наши миры и уничтожим самих себя. Так или иначе. Возможно, не вирусами, а желанием тех, кто там сейчас живет, завладеть этой станцией с ее бесценным содержимым. Это для нас улей – ловушка с монстрами, а другим может показаться сокровищницей Вселенной.