Книга Сохранить себя, страница 103 – Вера Окишева

— Чтобы сломать, — выдохнул Адаар и взвыл от боли.

— Зачем? — прошипел император.

Предательства сыну он не простил бы. Адаар об этом прекрасно знал, и этого у него и в мыслях не было.

— Чтобы Асамр почувствовал то же, что и мы в свое время. Чтобы стал взрослым. Чтобы сбить с него спесь.

— Ты планировал у него забрать леару? — удивился император, но когда увидел правду пораженно замер, сильнее сжимая плечи сыну.

— Ты поистине жесток, Адаар. Убить леару… Ради воспитания… Но я запрещаю тебе это, Мелисса беременна, — опять приказал император, взяв себя в руки.

Красноглазый знал, отец не осознавал глубину безумства своего старшего сына, и сейчас она его пугала своей чернотой.

— Знаешь, я болел твоей матерью. Так сильно… — Адаар поморщился, когда отец запустил руки в заплетенные в косу волосы, больно дергая. — Казалось, я никогда ее не забуду. Но я забыл, как выглядело ее лицо. Только густые голубые волосы. Красивый водопад, переливающийся на свету.

Адаар почувствовал тепло, накрывающее его с головой. Сердце неприятно защемило от воспоминаний отца. Мать Адаар не помнил, вообще.

— Отец так и не отдал мне ее. И когда напали линтэры, он не сумел обеспечить ей защиту.

Адаар почувствовал дыхание императора у себя над ухом.

— И я его за это убил. И если ты нарушишь приказ, заберешь жизнь у Мелиссы, Асамр поступит так же, как и я в свое время. Адаар, ты ведь не задумывался над этим?

— Думал, и поэтому тренируюсь с ним.

— И какую же ты цель преследуешь, мой сын? — вкрадчивый шепот отца напрягал Адаара. — Ты задумал покинуть меня? Ты никогда меня не покинешь, я приказываю тебе. Ты мой.

Адаар закрыл глаза, поражаясь, как же похожи их отцы с Джоанной — больные до своих детей. К Асамру император так не привязан, как к нему.

— Адаар, ты единственное, что осталось у меня от нее. Ты должен это понять. Я часто вижу твою мать во сне, — отец решил продолжить разговор о той, кого красноглазый видел только на портрете в спальне у отца.

Туда он забрался всего лишь раз, посмотреть, что же общего у него с ней. И к своему разочарованию ничего не нашел, только цвет волос. Отец никогда не разрешал Адаару стричь волосы, ставя запрет. Именно он виноват в том, что многие красноглазого воспринимали за девчонку, за что потом, естественно, и поплатились.

— И я, надеюсь, ты понимаешь, что программу твою я сворачиваю. Готовь завтра боевой вылет. Я хочу, чтобы вы с Асамром принесли победу в дом. Эарендильский сектор — сердце линтэровской империи. Обрушь на него всю силу землян.

Император сел в кресло, внимательно вглядываясь в красные глаза. А у того улыбка растеклась на губах.

— Каких землян? — уточнил Адаар.

— Собери всех, что у нас на планете, всех покоренных. Очисти от них нашу территорию. Думаю, линтэрам сюрприз от нас на их великий праздник понравится.

Восхищение замыслом отца переполняло сердце Адаара. Он никогда не мог предугадать его шаги, но они всегда были неожиданными.

— Как прикажете, мой император, — с придыханием прошептал Адаар, вставая с кресла.

Но, не дойдя до дверей, красноглазого остановил голос отца:

— И свою тоже не забудь.

Медленно обернувшись, Адаар посмотрел в такие же, как у него, холодные красные глаза.

— Как прикажете, император, — прошептал он, прежде чем покинуть кабинет отца.