Книга Лучший для тебя, страница 25 – Вера Окишева

— Это твое было желание купаться в одежде, а не мое. Так что не надо меня ругать, - посмеивался надо мной муж, да, именно муж, при этом внимательно следил за мной.

Замысел манаукца был предельно прост. Ну куда я сбегу в мокром халате, под которым только белый комплект белья?

Сижу, рассматривая намокшую ткань и отражение манаукца в глади воды.

Сюрприз удался – обольстительная обстановка, ничего не скажешь. Темная комната, ванна, свечи – романтика. Надеюсь, не думает, что меня так просто покорить?

Кошир взял мою ногу и снял с нее обувь.

— Вот к чему приводит твое упрямство, - отчитал меня блондин, демонстрируя полностью промокнувшую туфлю, которая небрежно полетела на пол. То же произошло со второй.

— Кошир, я не расположена принимать сейчас ванну. Отпусти, а?

— Будь моей фавориткой, и только тогда я смогу тебя отпустить. Ты меня ведь не слышишь, Тамара. Не в моей власти тебя отпустить. Это можешь сделать только ты. Стань фавориткой и свободна уйти.

— Не дождешься! – недовольство опять стало подниматься. - Через год я буду свободной…

— Тамара, Тамара, повторяю еще раз. Ты не будешь свободна по нашим законам через год. У нас нет разводов! Я твой муж навсегда. Так что не упрямься. Сдайся и признай меня покровителем.

— Нет, - твердо выдала.

— Нет, так нет. Как жена ты меня вполне устраиваешь. Я покорен гладкостью твоей кожи. Словно самый дорогой атлас.

Рука мужчины плавно поднималась по голени вверх, подбираясь к коленке. А вслед за ладонью воспламенялась кровь, бежала волна будоражащей дрожи. Я забеспокоилась, пытаясь отодвинуться подальше от мужчины.

— Тихо, тихо, - успокоил он меня. – Не надо мечтать о неприличном.

Возмущенно воззрилась на него, поражаясь наглости. Он меня тут лапает, а неприличная, оказывается, я!

— Знаешь что! – начала заводиться.

— Я-то знаю, а ты знаешь, как это происходит между мужчиной и женщиной? Ведь в фильмах не всегда четко показывают. А я не хочу тебя пугать.

— Я не собираюсь с тобой спать! – выкрикнула ему в лицо и вознамерилась встать.

Но мужчина обхватил руками за бедра и посадил себе на ноги.

— Тамара, я же говорю. Не хочешь выполнять супружеский долг, стань фавориткой.

— Хватит меня унижать! – разрыдалась, царапая его руки, пытаясь отцепить от себя.

— Даже не думал! – возмутился он, резко разворачивая лицом к себе. – Или тебя унижает то, что ты моя жена?

Удивленно замерла, видя, что он злится. Тяжелый взгляд давил, заставляя признаться во всех тяжких.

— Нет, - выдохнула и медленно стала отодвигаться от него.

— Докажи, - опять приказал манаукец.

— Как?

Вообще его не понимаю. Он пугает меня своей демонической внешностью, вот такими вспышками недовольства, напористостью и лаской. В нем всего слишком много. И какая-то детская наивность, что все будет так, как он сказал, а все обязаны подчиниться.

Избалованный мальчишка, не иначе!

— Поцелуй, - тут же расцвел в ребяческой улыбке манаукец.

— Опять двадцать пять! - от наглости я просто взбесилась и шлепнула его по плечу. От удивления он замер, изумление так и читалось в его глазах, а я опять испуганно затихла. Как я на такое решилась? Ударила манаукца, который может в любой момент вспылить.

А мужчина вдруг рассмеялся, весело и задорно.

— Тамара, ну кто ж так бьет? Ласково погладила рукой, я даже замечтался, - лукаво произнес Кошир и поцеловал мою руку, которой я его ударила.