Книга Ярче звёзд, страница 26 – Вера Окишева

— Какое с ним! — возмутилась я в ответ, а подруга и вовсе успокоилась.

— Ну да, — шепнула Лена, отводя взор от меня, словно застыдилась своих слов, — с тебя станется. Ты же кроме учёбы и не видишь ничего вокруг.

— Чего не вижу? — я с трудом сдерживалась. Она, похоже, не понимала, что я сейчас на неё накричу, и мы уже точно никогда не будем подругами.

— Как он на тебя смотрит, — я замерла с открытым ртом. Моргнула, не понимая, о чём она говорит. А Лена схватила меня за руки и порывисто зашептала: — Следит он за тобой коршуном. Взгляд у него при этом жуткий. А ты ему улыбаешься, словно влюбилась.

— Да ну, — протянула я, не веря рыжей, но выражение её лица заставило усомниться. — Та-а-ак, давай я тебе объясню. А то смотрю, у тебя какие-то неправильные мысли в голове. Я и Дракон соревнуемся, кто займёт место капитана.

— Опять ты про капитана, — взмахнула руками Локоткова. — Ты что реально считаешь, что у тебя получится? Да ты оглядись, тут полно парней лучше тебя.

Я оскорбилась.

— Ты вообще таблицу успеваемости смотришь? — натянуто уточнила у неё. — Ты видела, что я на втором месте, и никаких других парней передо мной нет, только Шалорт.

— Дура ты, Маруся. Хотя грамотная и начитанная. Да разве можно быть умнее мужчин? Ты же сама говорила, что мужики не любят умных баб. Вот тебя и не любят. Никто! В классе только и шепчутся, что ты заучка и зазнайка. Ты понимаешь, что так нельзя?

— Лен, остановись, — я опустила свою ладонь на её сложенные руки и, прикрыв глаза, попыталась успокоиться. — Ты пойми, это моя мечта. Ты же мечтаешь выйти замуж за манаукца?

Рыжая не кивнула, но и не опровергла мои слова.

— Раз мечтаешь, — продолжила я, заглядывая в красивые серо-зелёные глаза подруги, — то должна меня понять. Я не откажусь от мечты. Я с детства к ней иду. Это важно для меня. Я стараюсь не только для себя, но и для моей мамы. Ради отца. Думаешь, мнение горстки неудачников меня остановит? Да никогда.

Лена сокрушённо покачала головой и с такой обречённостью на меня взглянула, что мне даже неуютно стало в чужой комнате.

— Ты угробишь себя, — заявила с грустью подруга, осознавая, что меня не переубедить. — Ты себя в зеркало давно видела? Тебе бы маску сделать, полежать, отдохнуть. Так что давай, снимай обувь, ложись, а я позабочусь о нерадивой подруге, которая скоро людей своим видом пугать будет. Хорошо, что волосами лицо занавешиваешь, не так страшно.

Я улыбнулась, разговор по душам закончился, и мы с Леной помирились. Я с большим удовольствием сняла солдатские ботинки, которые выдавали всем студентам, и откинулась на мягкую и благоухающую травами подушку.

— Манаукцы, конечно, меня привлекают, — кинула мне через плечо подруга, копаясь в чёрной сумке, откуда слышались бряцание и звяканье стекла и металла, — но, Маруся, я не такая бесстрашная, как ты. Я не могу перед ними крутиться, виляя бёдрами. Каждый раз робость чувствую, и глаза поднять не могу.

— Ты же сама говорила, что манаукцы хорошие, — возмутилась я, наблюдая, как Лена рассматривает разноцветные баночки, которые выуживает из сумки и опять кладёт обратно.

— Хорошие, только страшные. Не о таком муже я мечтаю.

Горестно вздохнув, Лена подошла ко мне с белой баночкой в руках.

— Закрывай глаза, будем делать из тебя красавицу.