Книга Ярче звёзд, страница 189 – Вера Окишева

— Что случилось?

Я добралась до скафандра, и стала надевать его, жутко потея.

— Всё выключилось, ничего не включается и что-то шипит.

— Я сейчас прилечу за тобой, — пообещал Ян, и я усмехнулась.

— А почему вы не можете лучом меня подцепить?

Нет, я никого не обвиняла, просто очень хотелось жить. А чёрный диск спутника планеты Ваинары на экране всё увеличивался.

— Он не срабатывает, — ответил мне Ян, явно злясь.

Ну что же, ожидаемо. Признавать, что кому-то я перешла дорогу, было непросто. Не считала я себя такой уж крутой, но, судя по всему, кто-то подумал иначе.

— Только не бери истребитель, лучше на грузовом, — посоветовала ему, так как только на погрузчиках я не нашла странных обходных систем. Всё же это оказалась дистанционная.

— Не хочу тебя, любимый, пугать, но, кажется, кто-то хочет меня убить.

— Я это понял, — хмуро отозвался Ян, мне было приятно слышать его голос, который отгонял страх. Я вновь хохотнула, представив, как он, хмурый, идёт сейчас по коридорам крейсера.

— Смотри, не напугай там никого до икоты, — развеселилась в ответ.

— Не время смеяться, — одёрнул меня Ян, но я и сама знала, что не время, и что вообще-то я боюсь, но и веселье не давало мне покоя.

— Надо полагать, кислорода надышалась, голова кружится, — отозвалась и, наконец, включила систему жизнеобеспечения скафандра, глубже вдыхая газовую смесь. — А значит, шипит именно баллон с кислородом, и, скорее всего, по сценарию следующим будет взрыв. Чёрт, скафандр не выдержит.

— Маруська, держись, — испуганно выкрикнул Ян, и я стала слушать, как он начал ругаться кем-то, явно с механиком, угоняя погрузчик.

— Ян, я сейчас попробую катапультироваться, — постаралась его успокоить, хотя веры в то, что он успеет, не было. И не хотелось, чтобы он сам пострадал. Ведь взрыв будет такой мощности, что погрузчику достанется, а вместе с ним может погибнуть и любимый. Хотя обманывать его я не собиралась, вернулась в кресло, с трудом ориентируясь в кромешной тьме.

Методично выламывая кнопку из гнезда, я пыталась понять, сколько минут жизни мне отмеряно. Система катапультирования была до предела проста, но риск заключался в том, что от любой искры воспламенится кислород. У меня доли секунды, я надеялась, что скафандр выдержит. В плотных перчатках ломать подлокотник крайне неудобно, но то ли я жить очень хотела, то ли пластик плохой, да и ногой я основательно так попинала, но кнопку я выковыряла и оторвала от неё провода. Дальше дело встало за малым — соединить нужные. Руки тряслись, и страшно было выбивать искру. Шипение не прекратилось, просто я старалась о нём не думать.

— Эх, была не была, — пробормотала, чиркнув оголёнными проводами.

— Маруся! — взревел Ян, и всё пространство вокруг меня охватило пламя, правда, оно тут же погасло от того, что открылась крышка, и соседнее кресло пулей вылетело в космос. Всего пара секунд растянулась для меня в вечность. Глаза страшно было открывать, наверное, поэтому их и не закрывала, а верещала чисто по привычке. Прожорливый космос рвал из недр истребителя всё, что не было закреплено. Кресло подо мной жалобно тряслось, но не сдавалось. Зато меня саму чуть не утянуло, но ремни безопасности удержали. Я проводила взглядом объятую огнём спасательную прозрачную капсулу, в которую упаковывается кресло пилота, засмотревшись на мигающий красным светом маяк.