Книга Лучшая доля, страница 107 – Вера Окишева

— Только вещи надо забрать из сауны, — сообщила ему, подтягивая резинку трусиков на талию, затем поправила пышный подол платья.

— Адрес диктуй, — приказал недовольный манаукец, прожигая меня своим взглядом. И так он эротично при этом выглядел, что меня опять повело, и я схватилась за его широкую руку.

— Ух ты, — восторженно шепнула, обследовав её более тщательно и поражаясь каменной твёрдости мускулов.

Манаукец презрительно отнял от себя мои руки и даже сделал шаг назад.

— Что, противно? — обиделась я, встала к нему лицом, держась руками за поручень по обе стороны от себя.

— Маргарита, ты надышалась газа, поверь, ты меня терпеть не можешь, поэтому и берегу твою психику. Когда проспишься, поговорим с тобой серьёзно.

— Строгий папочка решил меня отчитать? — развеселилась я. Хотя было обидно такой великолепный экземпляр самца в папочки записывать. Вот бы в папика, да оседлать. Затем поняла, что он сказал и встрепенулась: — А это не опасно?

— Для тебя возможно, — криво усмехнулся мужчина и продолжил с мерзкой улыбочкой: — Порой руки чешутся выпороть тебя.

— Опять ты про мою задницу, — раздражённо выдохнула и покрутилась, чтобы посмотреть на неё. Но из-за пышного подола ничего толком не разглядела.

— Про неё родимую, — был мне ответ, а дальше открылись дверцы лифта и к нам вошли ещё четыре манаукца, среди которых был Бромс, держащий в руках мой рюкзак. Надо было видеть вытянутые лица бравых ребят, которые в первые секунды опешили, прежде чем зайти внутрь кабины.

— Привет, мальчики, — поздоровалась я, видимо, с моими шпиками, которым выпала честь охранять мою задницу, так облюбованную Вилоргом. Я радостно улыбнулась своему молодому телохранителю и протянула ему руку.

— Спасибо, что прихватил мои вещи, — поблагодарила я его.

Вот только рюкзак передали не мне, а Вилоргу, сам же Бромс смотрела на меня как на предателя. Но я себя таковой не считала, поэтому просто не обращала внимания на него, лишь заявила, так, для всех присутствующих:

— В древности на обиженных воду возили.

Затем расстегнула рюкзак, сняла парик, достала кепку и куртку, убрала очки, предварительно упаковав их в чехол. Надела куртку, задумчиво посмотрела на кроссовки в отдельном мешке, прицепленном к лямке рюкзака, и решила, что пойду в туфлях.

— Всё? — холодно уточнил Вилорг.

Я кивнула, он застегнул рюкзак и легко кинул его Бромсу. Нет, я была, конечно же, не против, чтобы за меня вещи таскали, но не с таким же гонором.

— Поосторожнее, там ценная аппаратура и важные сведения. Я должна их переслать одному важному манаукцу.

— Кому это? — поймала я на крючок любопытного Вилорга.

— О, — восторженно сложила руки на груди и подняла глаза к потолку, — ты его точно не знаешь. Хотя что-то общее в вас есть, он такой же грубиян и постоянно меня унижает, даже кличку придумал, чтобы по имени не называть.

Чёрные брови Вилорга взметнулись вверх над алым напряжённым взглядом. Признаваться манаукец не собирался. Ну ладно, продолжим.

— А еще он весь из себя брутальный, высокий, плечистый, но хам, а хамов я терпеть не могу. Вот только работа есть работа, и приходится общаться с ним. Кстати, это он меня послал информацией разжиться, видимо надеялся, что я не вернусь, — я хищно улыбнулась, ожидая, когда Вилорг сорвётся и кинется обвинять меня во лжи, но он лишь стиснул зубы и процедил: