Книга Два одиночества, страница 126 – Вера Окишева

— Ши Маюш, можно мне, — попросил слово Вебор. — Шия Энтос, вы должны знать, что на Шиянаре покровитель женщина, а не мужчина. И всё решают именно женщины, поэтому ши Энтос и совершил ужасный проступок, ударив свою покровительницу. Поймите правильно, больше мы не можем вам рассказать и помочь вам не в наших силах.

— Неужели никто не способен помочь Феликсу? Жаннетт, вы же говорили, что его все боготворят здесь. Неужели нет ни одного влиятельного ученика, готового рискнуть ради наставника?

Жаннетт покачала головой.

— Никаких личных данных я не знала. Все, кто переступает порог клуба, не афиширует своего положения. Здесь все равны, у каждого своя роль, которую он себе выбирал.

Это был полный крах. Я не сдержала слёз. У меня угасла надежда. Идеи иссякли.

— Виола, не отчаивайся. Тебе нужно найти грамотного юриста. Адвоката дьявола, если потребуется! Того, кто знает законы и женщину.

— А? — не поняла я подсказки госпожи Тьюдор.

— Против шияматы может выступить только женщина. От этих помощи, — махнув головой в сторону охранников, продолжила Жаннетт, — не жди. Ни один манаукец в здравом уме против женщины не встанет. У них странные порядки, лучше не вникай. Я за три года и то не разобралась.

Распрощавшись с работниками Феликса, я слепо шла по коридору уровня и пребывала в странной прострации. Жизнь манаукцев очень непонятная и запутанная. Возможно, Жаннетт права, и мне нужна помощь именно женщины.

Вдруг неожиданно вспомнилось объявление брачного агентства. Хозяйка уверяла, что способна каждой одинокой найти своего манаукца. Я развернулась на сто восемьдесят градусов и поспешила на поиски этого агентства. Они-то должны поведать мне хоть немного о законах манаукцев. Я надеялась на чудо. Оно мне отчаянно требовалось. Пусть маленькое, но чудо.

Виола

Бессонная ночь и нервотрёпка сказывались на мне с каждым часом всё сильнее. Я опять чуть не врезалась в людей на полном ходу. А всё потому, что обрадовалась, когда нашла нужную вывеску, и на всех парах побежала к заветной двери, которая распахнулась выпустив мне навстречу высокого хмурого манаукца. Я еле успела отскочить в сторону. Впервые видела представителя этой расы настолько коротко стриженного, еще и со щетиной. Но удивительнее всего то, что он чуть ли не волоком тащил за собой упирающуюся землянку. Блондинка шипела на манаукца, как рассерженная кобра:

— Вилорг, отпусти меня!

Я отступила назад, в шоке наблюдала за парочкой. Это так в этом агентстве выдавали каждой одинокой по манаукцу? Как говорилось, дарёному роботу под корпус не смотрят? Приходилось брать мужа, даже если он тебе не нравился? Девушка что-то шептала о детях и деньгах. Картина была настолько шокирующей, что я вздрогнула, когда услышала визги еще одной землянки. В этот раз худощавая брюнетка возмущалась, что её не пускали в агентство. Хрупкая шатенка преградила вход и пыталась вежливо выставить скандалистку вон.

— Да это издевательство! Сколько можно мне отказывать? Позовите госпожу Богомолову!

— Она теперь не Богомолова.

— Что? Как это? — удивилась брюнетка, а шатенка с нескрываемой гордостью ответила:

— Она теперь шия Семионт.

— Как это? Она что, воспользовалась служебным положением и вышла замуж за манаукца? А как же я? Почему вы выдаёте всех подряд замуж, но только не меня? Это произвол!