Книга Два одиночества, страница 110 – Вера Окишева

— Я в тебе полностью, — шепнул Феликс, отстранившись лишь на миг, чтобы подарить радостную улыбку.

— Полностью? — неверяще переспросила. Я даже не поняла, настолько стало привычно ощущать себя наполненной.

— Ты гибкая?

Опять странный вопрос, и я не успела ничего сообразить, а любимый уложил меня на спину и медленно, как же обалденно медленно вышел из меня, что хотелось протестовать, удержать его в себе руками.

— Я не понимаю, — прошептала, в тревоге посмотрев в счастливое лицо Феликса.

— Неважно уже. Потом проверим, — продолжал говорить загадками любимый, устроившись между моими широко раздвинутыми ногами.

Он накрыл меня своим телом и погрузился в меня вновь. Я застонала, осознав, что ничего не закончилось, что мы просто поменяли позу. И в этот раз я острее ощущала, что да, Феликс максимально растягивал мои мышцы лона, бережно, не спеша, дав время как отдышаться, так и привыкнуть. Но не позволял мыслить, лишив воли своими поцелуями. Я скоро стану наркоманкой, нет ничего прекраснее этих губ.

Мой Ангел начал двигаться, а я застонала, когда он стал задевать что-то внутри меня, так глубоко и волнующе. Я пыталась поймать это ощущение, раствориться в нём и старалась толкаться бёдрами навстречу.

Так вот что такое секс. Вот почему о нём столько писали и благословляли его. Это другой уровень наслаждения, совсем иной, многогранный, и меня уносило в водовороте новых ощущений и эмоций. Восхитительно! Я стонала, извивалась под тяжестью тела любимого. Звала его и снова стонала. Меня разбирал на части невероятный восторг, наполнял собой каждую клеточку. Экстаз уже знакомо ворвался в сознание, и я словно прыгнула в бассейн с невероятной высоты, погрузившись на самое дно, растеряв весь кислород в лёгких.

— Дыши, Виола, дыши. — Насмешливый голос медленно возвращал меня в реальность. — Чёрт, если бы я знал, что ты так ярко кончаешь, то не стал бы спешить. Ты невероятна, любовь моя. Просто чудо какое-то.

Феликс всё ещё был во мне, удерживал себя на локтях, ласково гладил моё лицо.

— Продержись еще немного, я не закончил, — попросил любимый.

Даже не удосужившись дождаться ответа, он начал двигаться, придержав меня за плечо.

— Обхвати ногами, будет ещё глубже, — то ли предложил, то ли приказал, я не разобралась, но подчинилась.

Феликс ускорился, и я вспомнила, что он говорил о жёстком сексе. Это было именно жёстко и немного болезненно, но я научилась подстраиваться и расслабилась. Тогда пришло удовольствие, сняв все неприятные ощущения, унеся с собой в головокружительный водоворот. В этот раз кончала не я, это делал мой Ангел, очень бурно, сильно сжав моё плечо, уткнувшись в шею. Я улыбалась, ласково гладила его влажные волосы на висках. Мне определённо понравилось заниматься сексом, даже жёстко и было в этом что-то порочно притягательное.

Феликс приподнял голову, и я знала, что он меня сейчас поцелует. Видела это в его глазах, и в блаженстве сомкнула веки, когда его губы накрыли мои. Я точно подсяду на Феликса. Он будет моим наваждением. Я застонала, когда он вышел из меня. Между ног всё неприятно щипало и саднило.

— Прости, больно?

Опять эта забота в его голосе ранила меня в сердце. Как же приятно знать, что тебя любили, бережно стирали слёзы счастья в уголках глаз. И я улыбалась, а на большее просто нет сил. Как же крепко я влюбилась! Сердце моё, сердце! Как же это прекрасно, обалдеть просто!