Книга Тот ещё подарочек, страница 55 – Вера Окишева

На этом Гри остановиться. Глубоко дыша, он опять заключил моё лицо в объятия своих ладоней, ласково мне улыбнулся.

— Спасибо за наш первый поцелуй, — тихо шепнул, порывисто обнял, но сразу же опустил руки, потому что я наконец пришла в себя и разозлилась.

— Вы! — выкрикнула, ткнув пальцем ему в грудь, придерживая платье, чтобы не скатилось на пол. — Да как вы смеете меня целовать без спроса! Это нарушение правил! Я пожалуюсь отцу, и вас быстро спровадят на Шиянар.

Гри рассмеялся, отступая от воинственной меня, пока не скрылся в спальне.

— Прошу о милости, не рассказывайте отцу, что я под покровом ночи пробрался в вашу спальню и со всей присущей мне страстью целовал вас. Я люблю вас, янара, так сильно, даже сердцу тесно в груди!

Я даже дар речи потеряла на миг. Он совсем бесстрашный? Да отец за такое сразу его растерзает! А я не настолько злилась на Буреля, чтобы желать ему смерти. Дворецкий поклонился, пожелал очередной раз сладких сновидений с его участием и ушёл. А я, придерживая платье на груди, пробралась к двери в коридор, выглянула. Никого. Даже Стемпа и того нет. Где же телохранители? Даже позвать на помощь некого. Закрыв дверь, бросилась искать сумочку, чтобы по комму вызвать Стемпа или Остана. Ответил только Чия, который только-только разобрался с Круиффом и готов был лететь в резиденцию.

— Стемп не отвечает, — прошептала я Остану. — И его нет в коридоре.

— Понял, я сейчас узнаю где он.

Тревога за Мартана терзала душу. Что могло произойти? Пока ждала, успела наспех принять душ. Отчёт Чия поразил. Оказывается, Стемп очень устал и уснул, но дворецкий подсуетился, и до прилёта Остана меня стерегут его люди. Выглянув в коридор, никого не увидела и долго не могла заставить себя лечь спать, пока Чия не занял пост напротив моих апартаментов. Только тогда со спокойной душой выдохнула, и стало стыдно. Не ожидала, что Стемп так сильно устаёт от работы. Надо бы с отцом поговорить, может, еще третьего даст телохранителя? Не хочу, чтобы из-за меня кто-то страдал, да и недосып плохо влияет на здоровье и настроение. Об этом я по себе судила. И утро этого дня тому свидетельство. Я не выспалась!

Меня всю распирало от возмущения. Руки тряслись, и всё из них валилось, настроение ужасное, а всё он — невыносимый Гри. Я никак не могла перестать думать о нём, о том, что он сделал со мной! Даже рассказать не знала кому, пожаловаться. Лиза устроит скандал, Дарья мала ещё, отцу точно не рассказать, бабуле и подавно — радости у той будет на всю галактику, оставалась только мама.

Поправив подол домашнего платья, подсела к ней во время завтрака, и пока папа не пришёл, попробовала начать разговор издалека.

— Мама, а как ты относишься к мужчинам, которые проявляют инициативу?

— Хорошо отношусь, — по-доброму улыбнулась мне мама, затем погладила по щеке. — Наконец-то ты стала ими интересоваться. Совсем взрослая стала.

— Я не поэтому спрашиваю, — смутилась я, понимая, что не с того начала, ой не с того. Раскусила меня мама на раз.

— А почему? Ты не стесняйся, спрашивай.

— Я не знаю как относится к тому, что мужчина что-то делает, не особо спрашивая твоего мнения. Ведь он должен спросить, что я хочу, а надо ли это мне. Может, нет!

— Ох уж эти ваши манаукские заморочки. Порой мужчины делают то, считают нужным для своей женщины, для тех, за кого в ответе. И нужно просто доверять ему и спокойнее принимать его решения, задуматься, что он хотел этим сказать. Машенька, ведь порой за грубой наружностью скрывается очень ранимая и трепетная душа. Вот, например, мой отец…