Книга Клятва верности Книга 2, страница 68 – Вера Окишева

— Сима, то, чем мы с тобой занимаемся, это эксперимент. Ни один атландиец не обучал землянина. И я даже не знаю, появится ли у тебя способность к телепатии хотя бы на уровне имперцев.

— А? — удивлённо протянула Сима и приподнялась на локте, заглядывая в глаза Дантэну, тот не удержался и провёл рукой по её волосам.

— Что а?

— Имперцы эмпаты? — уточнила догадливая ларна.

— А как ты думаешь, почему ты смогла общаться с кровным принцем столько времени и тебя стража не схватила? Потому что принц знал твои чувства, и я думаю, ему понравился твой живой интерес к его творчеству.

— А откуда ты знаешь, чем я занималась с принцем тогда в саду?

Дантэн выдохнул и постучал указательным пальцем по лбу своей красавицы. А Фимы скривилась от осознания, что опять сглупила. Конечно же, прочитал её мысли. Серафима давно заметила, что она для него как открытая книга, от Сильнейшего ничего не скрыть в своей голове. И это одна из его способностей.

— Нет, Сим, порой я переоцениваю твои умственные способности. Почему ты, прежде чем задавать вопросы, не подумаешь?

Девушка расстроенно потёрла лоб и уткнулась носом в шею Дантэну.

— Я просто с тобой расслабилась и совсем обленилась. Обычно ты молчишь, а в последнее время всегда отвечаешь на вопросы. И всё чаще мне кажется, что ты такой же, как и я, землянин.

Дантэн рассмеялся, ловя её улыбку своими губами.

— Я Сильнейший, Сима. Я никогда не смогу стать землянином. Даже если захочу.

— Я знаю, — шёпотом отозвалась Фима, ласково гладя по щеке любимого.

— Спи, завтра тяжёлый день.

Сима нахмурилась, вновь приподнимаясь на локтях.

— Ты что же, не заберёшь меня с собой? — обиженно прошептала она, заглядывая в бесстрастное лицо атландийца. — Нет, — поняла она по затянувшемуся молчанию. — Это из-за моего обещания?

— Если ты позволишь себе не выполнить хоть одно из данных обещаний, ты не достойна высокого звания гражданки республики. А я хочу, чтобы мы были вместе. И ты сама хотела поиграть. Я не против. В кошки-мышки? Кажется, так называется у вас эта игра? Ты убегаешь и прячешься, а я тебя ищу?

Серафима села на пятки, обиженно воззрившись на атландийца. Даже руки сложила на груди, чтобы прикрыть их от ленивого, но жаркого взгляда карих глаз несносного паршивца. Опять он ставит между ними свою республику. Она, как ревнивая жена, незримой стеной пролегла между ними.

— А ты не боишься, что я спрячусь так, что ты не найдёшь? — холодно спросила девушка атландийца, давя в себе слёзы.

— Провоцируешь? Опять? — мягко уточнил у неё Сильнейший. А затем, быстро выкинув руку вперёд, схватил за локоть и уложил себе на грудь.

— Сима, Сима. Я сильнее, умнее и опытнее.

Девушка не ответила. Да и зачем, если он всё сам мог прочитать в её мыслях. Все ругательства, все обидные названия, которые она придумала ему за краткий миг, прежде чем оказалась подмята мужским телом и увлечена в очередной пьянящий поцелуй с томным продолжением, после которого сновидения были наполнены нежностью и любовью.

* * *

Плотно зажмурившись, Серафима кусала губы, заставляя себя не реветь. Хотя бы ни при всех. Солёные капли сорвались с ресниц, чертя ледяные дорожки на щеках. Он улетел. Сволочь принципиальная! Ахметов стоял рядом и ждал, когда она ответит на его вопрос. Как же хотелось послать его вслед за кудрявым Сильнейшим, с которым девушка не перемолвилась ни словом с самого утра, стоило тому заикнуться о том, что пора домой.