Книга Клятва верности Книга 2, страница 6 – Вера Окишева

— Вы прибыли в пункт назначения, — женский механический голос робота раза три повторил эту фразу, прежде чем Ход открыл глаза и выдохнул, с улыбкой глядя на разомлевшую Симу, которая крепко обнимала его за шею.

Она облизнула припухшие губы, тяжело дышала и боялась поднять веки, страшась столкнуться со взглядом карих глаз Сильнейшего.

— Сим, давай поднимемся к тебе, там и продолжим.

— Пошляк, — в негодовании выдохнула девушка и села прямо, поправляя волосы и губную помаду. Затем нервно открыла дверцу аэрокара со своей стороны, не дожидаясь, когда Дантэн расплатится, и прошла к двери подъезда. Как она могла так себя вести? Почему каждый раз, как только атландийцу вздумается её поцеловать, у неё словно мозги отключаются. Ведь это же Ход. Он же не может в неё влюбиться! Ему же не нравятся земляне априори!

Дверь отъехала в сторону, и её зажала четырёхпалая ладонь, чтобы та не закрылась, а другая, не менее наглая легла на талию, прижимая Заречину к атландийцу.

— Симка, мне упорно кажется, что ты меня боишься.

Девушка достала золотую карту из кармана платья и зло спросила:

— Зачем она мне?

— Чтобы вернуться, — спокойно ответил ей атландиец. — Она именная. Никто другой ею не воспользуется, нужна сетчатка глаза для подтверждения.

— Вернуться куда? — злясь на тупоголового Сильнейшего, заводилась девушка. Неужели он не понимал как оскорбительно получить такие подарки от мужчины, с которым провела ночь. Да что там провела, одно название, но намёк тем не менее унизительный.

— Молодые люди, вы загородили дорогу. И если считаете, что это прилично, так обжиматься у всех на виду, то смею вам заметить, что это вульгарно, — проскрежетал за спиной атландийца противный старческий голос соседки с первого этажа, Эльфины Эдворсовны, смертельного врага Мары Захаровны.

Фима дёрнулась и попыталась поскорее юркнуть в подъезд. Атландиец заметил панику Заречиной и даже с любопытством обернулся назад, встречаясь взглядом со скрюченной от времени престарелой женщиной с огромными окулярами вместо глаз.

— Разве программа здравоохранения не оплачивает операции по коррекции зрения старикам? Почему вы не воспользовались своим правом стать здоровой и зрячей, сиара? Тогда бы вы заметили, что я ни с кем не обжимаюсь. Да и завидовать бы вам не пришлось, если вы занимались собой в своё время. И помните, никогда не поздно хоть что-то менять в своей жизни.

Фима мысленно застонала, продолжая тянуть за собой говорливого атландийца, который не мог не улыбаться попыткам старушки уколоть его щиты своими негативными эмоциями побольнее.

— Вы кто такой?! — визгливо заверещала Эльфина Эдворсовна, а Фима тихо зашептала:

— Не смей ей говорить имя!

Ход взглянул на Симу, которая, красная от смущения, с жалобным выражением лица за руку пыталась затащить его в подъезд.

— Я само совершенство, — ехидно заговорил Дантэн, глядя в глаза пребывающей в дикой панике Симе. — Я красивый Хам, жаль, что вам этого не разглядеть, с вашим-то желанием видеть этот мир через своё ужасное, устаревшее и убивающее зрение приспособление. Поверьте, мир намного красивее, чем вам думается.

С этими словами атландиец сделал шаг вперёд, и дверь резко захлопнулась перед носом заголосившей на всю улицу старушки.

— Дантэн, обязательно было ей хамить? Ты хоть знаешь кто это? Она же тебя запомнит и со свету сживёт. Ты отсюда живой не выйдешь!